Предстоящие мероприятия





Читайте на эту же тему







Кофе-брейк с Ксенией Астаповой → Михаил Тоцкий: плохая музыка — это попсовая «дурновкусица»

Добавлено 11 сентября 2014

Танго-квартет Михаила Тоцкого «Companeros», Владислав Косарев (баритон), Михаил Тоцкий (бандонеон, баян, дирижер), Карельская филармония, Оркестр русских народных инструментов «Онего»

Кофе можно пить в одиночестве. Можно в компании подруги или любимого человека. А ещё за чашкой кофе можно болтать по душам с интересным человеком, устроить этакий кофе-брейк в разгар рабочей недели — чем, собственно, и занимается Ксения Астапова в нашей новой рубрике. Героем сегодняшнего кофе-брейка стал Михаил Тоцкий: баянист, лауреат многочисленных международных конкурсов и всероссийских фестивалей, дирижер Оркестра русских народных инструментов «Онего», художественный руководитель музыкального проекта «Мелодии сердца», солист-инструменталист танго-ансамбля Companeros — в общем, продолжать можно до бесконечности.

Какое будущее ждёт классическую музыку, как привлечь новую публику на концерты, какая музыка спасает от осенней хандры и чем отличается аккордеон от баяна — обо всём этом и многом другом мы поговорили с Михаилом Тоцким.

— Михаил, ну, рассказывайте, собирают ли концерты оркестра «Онего» по-прежнему полные залы?

— Да, на концертах оркестра, как и всегда, аншлаги.

-То есть в Петрозаводске довольно много желающих послушать настоящую музыку?

— Безусловно, Петрозаводск — музыкальный город с необыкновенной тёплой публикой на концертах. Вообще Россия — очень музыкальная страна: например, Пермь, Казань, Екатеринбург, Санкт-Петербург и ещё несколько сотен других городов. Но в Карелии, в небольшой по численности населения республике, удалось сохранить любовь к культуре и музыке. Возможно, всё дело в том, что мы живём в окружении прекрасной природы, которая располагает к созерцательности и восприятию искусства.

— И наверняка наличие в Петрозаводске государственной консерватории сказывается на популяризации музыки среди местного населения.

— Безусловно. Однако в других городах, например в Ростове-на-Дону, тоже есть консерватория, но так как это большой город, в нём всё по-другому: поток публики, посещающий концерты, огромен, и артист в свою очередь может не увидеть в первом ряду того зрителя, который был на его предыдущем концерте. В Петрозаводске же публика, как правило, это знакомые и узнаваемые лица — на концерты приходят практически одни и те же люди.

— То есть вы хотите сказать, что в Петрозаводске есть некий клуб любителей классической музыки?

— Да, получается так. Конечно, новая публика тоже приходит, но процент её прибавления невысок. Почему? Во-первых, Петрозаводску не хватает хорошего концертного зала, точнее, у нас его фактически нет. Здание государственной филармонии изначально было построено для абсолютно других целей, в нём нет акустически продуманной сцены и органа — это далеко не храм музыки. Ну и, во-вторых, сказывается недостаток финансирования и, соответственно, рекламы, ибо люди просто-напросто не знают о предстоящих концертах.

— Михаил, а что вы думаете о таких музыкальных проектах, как, например,Global Arts — когда классическая музыка звучит в современных аранжировках, когда оркестр играет вкупе с диджеем?

— В качестве варианта привлечения новой молодёжной публики, которая не слушает классическую музыку и не знает, кто такой Бах, Бетховен и Моцарт, такие проекты помогают открыть им настоящую музыку через призму современной культуры и электронной музыки. Однако, несмотря на то, что среди диджеев встречаются очень талантливые люди, на мой взгляд, вряд ли они могут быть соавторами великой музыки.

— Какие лично у вас музыкальные предпочтения?

— Я всеяден, всё слушаю. Кроме плохой музыки.

— Что для вас значит «плохая музыка»?

— Это музыка, не несущая в себе художественного смысла, а также попсовая «дурновкусица».

— Хорошо, а что вы тогда слушаете, к примеру, чтобы поднять себе настроение в плохую погоду?

— Джазовую музыку, например, группы Earth, Wind & Fire или Chicago.

— Сегодня выдался солнечный осенний день, каким будет ваш, так сказать, плейлист?

— Независимо от погоды и настроения я всегда слушаю Моцарта — любую его симфонию. Очень нравятся Бранденбургские концерты Баха. Что ещё? Под осеннее, сентиментальное, ностальгическое настроение отлично подходят ноктюрны и вальсы Шопена. Кроме того, я большой поклонник музыки танго: Освальдо Пульезе, Астор Пьяццолла, Нестор Маркони и другие исполнители.

— Помимо музыки чем вы ещё увлекаетесь?

— У меня большая семья, трое детей: старший сын тринадцати лет, дочь десяти, младший сын шести лет. Моя жена тоже музыкант — она закончила консерваторию и играет на фортепиано. Сейчас она вместе со мной работает в оркестре, помогает мне и Геннадию Ивановичу Миронову (главному дирижёру оркестра «Онего» — прим. автора)

— Вы с женой живёте и работаете вместе. Музыка помогает вам в семейной жизни?

— Сложно сказать, ведь музыка — это моя профессия. Но, наверное, да. Великая музыка не даёт людям относиться друг к другу грубо, она воспитывает уважение к человеку, заставляет сильнее чувствовать любовь.

— У вас, наверное, очень душевно проходят семейные праздники: вы играете на баяне, жена — на пианино, поёте вместе песни…

— Иногда бывает.

— Кстати, меня всегда интересовал вопрос, чем баян отличается от аккордеона? Раскроете тайну?

— Аккордеон и баян — родственные инструменты. Аккордеон появился чуть раньше, и впервые был запатентован в 1829 году Кириллом Демианом в Вене. В России мастер Стерлигов в 1907 году сделал музыкальный инструмент и назвал его баяном в честь древнерусского певца-сказителя Бояна. Европейцы не различают эти два инструмента, и инструмент с кнопками вместо рояльной раскладки, называемый баяном в России, традиционно считают аккордеоном.

— Почему вы выбрали баян? С чего началась ваша любовь к этому непростому инструменту?

— Когда я учился во втором классе, я увидел объявление в газете, в котором предлагалось научиться игре на баяне, и попросил родителей отвести меня в музыкальную школу. Учиться было трудно: для игры на баяне требуются высокая концентрация внимания и способность координировать работу правой и левой рук, ведь у баяниста, в отличие, к примеру, от пианиста, руки находятся вне поля зрения. Игра на баяне сравнима с работой ювелира — очень тонкой работой. Конечно, у меня были мысли бросить музыкальную школу, но, тем не менее, я справился и ближе к последним классам окончательно определился с профессией музыканта.

— Михаил, без ложной скромности скажу, что вы стали блестящим музыкантом! Ведь вы не только играете на баяне, дирижируете оркестром и преподаете в консерватории — у вас огромный послужной список. Помимо оркестра «Онего» вы на протяжении многих лет руководили оркестром в Национальном ансамбле песни и танца Карелии «Кантеле», работали в ансамбле «Акварели», до сих пор тесно сотрудничаете с танго-ансамблем Companeros, занимаетесь другими сольными проектами. Но, судя по всему, вам этого мало, раз совсем недавно вы стали ещё и художественным руководителем необычного музыкального проекта «Мелодии сердца», прошедшего этим летом — и довольно успешно — в Санкт-Петербурге, в БКЗ «Октябрьский». Расскажите, что это за проект и как вы в него попали.

— Поскольку я являюсь дирижёром оркестра «Онего», мне приходится общаться с огромным количеством людей и композиторов со всей России, искать новых звёзд и приглашать их в оркестр. У меня завязываются новые знакомства, и однажды вышли на меня и пригласили написать аранжировки для разных составов и собрать их в один большой проект — концертную программу «Мелодия сердца». Этот проект объединил ведущих российских вокалистов и музыкантов инструментального жанра. В нём приняли участие прекрасные музыканты и настоящие виртуозы: солисты Ирина Крутова (сопрано), Петр Налич (тенор), Владислав Косарев (баритон), Дмитрий Риберо (бас-баритон), музыкант Гарик Багдасарян (ударные), Эмиль Яковлев (скрипка), квартет Primavera (струнные), гитарист Виталий Кись, пианисты Олег Вайнштейн и Константин Ганшин и другие. Получился очень неплохой фьюжн: от романсов и танго Петра Лещенко до музыки из мюзиклов — ведь современный артист должен уметь делать всё, быть причастным к сокровищнице всей музыкальной культуры, которая есть в мире…

— А вы можете согласиться с таким утверждением, что русская музыкальная школа — одна из самых сильных музыкальных школ в мире?

— Абсолютно. В любой стране мира, когда говорят «русский музыкант», то имеют в виду качество и интеллигентность в исполнении, культуру звука, экспрессию, русскую сентиментальность, не похожую ни на какую другую.

— Но, несмотря на то, что русские музыканты одни из лучших в мире, в России далеко не каждая семья слушает классическую музыку. Как вы думаете, что ждёт классическую музыку в будущем? Усилится ли интерес к ней?

— На мой взгляд, сейчас идёт подъём интереса к классической музыке. Устав от глобализации, люди тянутся к духовности, хотят получить заряд положительной энергии от соприкосновения с миром искусства. У классической музыки ещё не наступил пик второго дыхания, но в будущем её определённо ждёт процветание.

— Что даёт нам классическая или, как вы её называете, великая музыка?

— О, эта музыка одухотворяет и окрыляет человека, делает его счастливым. Слушайте великую классическую музыку — и будьте счастливы!

Фото Екатерины Захаровой
Ксения Астапова
http://gubdaily.ru

vkfbt@g+ljpermalink

© 2009–2016 АНО «Информационный музыкальный центр». muzkarta@gmail.com
Отправить сообщение модератору