Предстоящие мероприятия


Белгород, Губкин, Старый Оскол
декабрь 2016






Белгород
7 января 2017

Читайте на эту же тему







Музыка «Колоколов»: сны об ушедшем гении

Добавлено 01 апреля 2014 Евгения Почернина

Белгородская филармония, Большой зал Белгородской филармонии, Симфонический оркестр Белгородской филармонии, Камерный хор Белгородской филармонии, Ирина Соколова (фортепиано)

Белгородцы услышали лучшее из рахманиновских произведений.

В минувшем году музыкальный мир чествовал выдающегося русского композитора, пианиста, дирижёра Сергея Рахманинова – исполнилось 140 лет со дня его рождения и 70, как его не стало. Белгородская государственная филармония посвятила творчеству гения абонемент «Рахманинов и его время». Ввиду успеха этого цикла его продолжили в году наступившем. И вот 28 марта, в день смерти Рахманинова, прозвучал концерт абонемента, завершив его в 47-м филармоническом сезоне – белгородским меломанам впервые представили Четвёртый фортепианный концерт и вокально-симфоническую поэму-кантату «Колокола».

Самое противоречивое

И самое неисследованное произведение Рахманинова – трёхчастный Концерт № 4 для фортепиано с оркестром соль минор. Так считают исследователи, называя его промежуточным звеном между зрелым и поздним творческими периодами мастера. В нём – отпечатки двух стилей композитора и его поиск новых путей сочинительства. Партитура, которая имеет три версии и создавалась в общей сложности 27 лет (1914–1941), почти забыта и мало исполняема. К ней, сверхсложной для исполнения и для многих музыкальных гурманов, безусловно, лучшей среди рахманиновских концертов, и обратился главный дирижёр симфонического оркестра БГФ Белгородской филармонии – заслуженный деятель искусств Украины Рашит Нигаматуллин. С него и начался этот совершенно особенный вечер – торжество русской музыки. Уникальное произведение (по напряжению и драматизму равное ему ещё нужно поискать), проникнутое настроениями мрачными, тревожными, с образностью таинственной, инфернальной, для белгородских меломанов играли музыканты оркестра. Партию фортепиано блестяще исполнила заслуженный работник культуры России Ирина Соколова (именно этой пианистке принадлежит идея создания абонемента «Рахманинов и его время» – прим. авт.)

Самое сильное

Лето, 1912-го. Рахманинов начинает воплощать свои мысли о масштабном симфоническом полотне. Как вдруг получает письмо. В нём – стихотворение «Колокола» американского писателя Эдгара Аллана По. Перевод Константина Бальмонта. «Колокола» должно должны было были идеально подойти для нового сочинения мастера, полагает анонимный отправитель. Прошли годы, прежде чем стало известно: автор письма – виолончелистка Мария Данилова. Поклонница Рахманинова, она попала в точку.

Композитор с детства находился под огромным впечатлением от благовестников Новгородского Софийского собора, от той атмосферы трагического величия, которую рождают их перезвоны. «Четыре серебряные плачущие ноты» звучали в его голове на протяжении всей жизни, он претворял их в произведениях. И вокально-симфоническая поэма-кантата «Колокола» для оркестра, хора и солистов, которую Рахманинов создаст, обратившись к стихотворению По и наделив символистское произведение американского поэта русской национальной окраской, станет самым выдающимся из них. Невероятная достоверность в оркестровке колокольного звона превратила «Колокола» в уникальное явление. Сам автор назовёт её «любимейшим», «самым сильным» из своих произведений.

Четыре музыкальные части соответствуют четырём стихотворным частям и рисуют четыре картины человеческой жизни. Они разные по настроению, но схожие по колориту, красочности, лейтмотиву, близкие в своей интонации древнерусским причетам и средневековой секвенции Dies Irae, отмечает известный музыковед Людмила Михеева.

«Слышишь, сани мчатся в ряд, Мчатся в ряд! Колокольчики звенят, Серебристым лёгким звоном слух наш сладостно томят…» – первым явлен стремительный бег юности. На смену ему приходит время, полное любовного лиризма, торжества, трепета ожидания: «‎Слышишь, к свадьбе звон святой, Золотой!». Звон золотой рассеивает медный. В зловещем гуле набата проступает призрак грядущего Апокалипсиса: «Слышишь, воющий набат, Точно стонет медный ад! Эти звуки, в дикой муке, сказку ужасов твердят». И наконец тревога оборачивается скорбью. В финале погребальный колокол возвещает покой гробовой: «Похоронный слышен звон, Долгий звон! Горькой скорби слышны звуки, горькой жизни кончен сон, Звук железный возвещает о печали похорон!». Здесь Рахманинов «раскрыл психологическое состояние встревоженного человечества», воплотив предчувствия грядущих катастроф – Первой мировой войны, кровавого времени русских революций.

Впервые «Колокола» представил сам автор. Петербургская премьера состоялась 30 ноября 1913-го в Мариинском театре. Московская – 8 февраля 1914-го в Большом.

Белгородским слушателям во всём масштабе, величии и философской наполненности «Колокола» преподнесли симфонический оркестр под управлением Рашита Нигаматуллина (тройной (!) состав) и камерный хор Белгородской филармонии (главный дирижёр – Елена Алексеева). Пианистка Ирина Соколова. Прибывшие из Воронежа хористы «Академии» (главный дирижёр – заслуженная артистка России Ольга Николаенко) и солисты – лауреаты международных конкурсов Людмила Солод (сопрано), Дмитрий Башкиров (тенор), Игорь Горностаев (баритон). Их голоса органично вплетались в ткань симфонического полотна, развивая его стихотворными строками. Великолепное исполнение грандиозной поэмы-кантаты ждал оглушительный слушательский успех.

Екатерина Шаронова
Фото Юрия Бограда
БелПресса

vkfbt@g+ljpermalink

© 2009–2016 АНО «Информационный музыкальный центр». muzkarta@gmail.com
Отправить сообщение модератору