Музыка по любви

Добавлено 26 декабря 2015

ММДМ, Международный конкурс имени П. И. Чайковского, Валерий Гергиев (дирижер)

Пианист Люка Дебарг получил свой приз за конкурс Чайковского

Французский пианист Люка Дебарг выступил с концертом в Московском международном доме музыки. Этот концерт получен пианистом в награду от Ассоциации музыкальных критиков Москвы.

В Доме музыки состоялся обещанный концерт любимого пианиста Москвы — Люки Дебарга.
Люка Дебарг на прошедшем в Москве летом конкурсе Чайковского завоевал не первую, не вторую, а лишь четвертую премию. Но негласно выдаваемая меломанами премия зрительских симпатий принадлежала ему с первого тура. Никому до конкурса неизвестный очкарик-«ботаник» (газета «Фигаро» назовет его «гениальным выскочкой») полюбился публике за интеллигентное, вдумчивое, очень личное исполнение: играя Равеля или Метнера, он извлекал из клавиш на редкость уместную душевность, задавал музыке деликатные, но точные вопросы — и получал глубокие, искренние ответы. Эту игру-исповедь, игру-импровизацию хотелось слушать и слушать. Его педагог в интервью назвала ученика гением. Но в недрах фортепианного жюри к французу возникли претензии: мол, он даже не совсем профессионал — начал серьезно заниматься музыкой поздно, в 20 лет, и пальцы у юноши неправильно поставлены, и технические неточности бывают. «Причем тут пальцы!» — возмущались в ответ поклонники пианиста, обвиняя жюри в предвзятости и косности. «Какие пальцы, если он „неправильными“ руками извлекает столь проникновенные звуки!»

Любовь к Дебаргу накрыла и музыкальных критиков. Напрасно газетные «перья», стесняясь силы своих страстей, иронизировали над собой и над публикой, припоминая, что на каждом московском конкурсе слушатели непременно заводили любимчика (так было с самого начала в 1958 году, с Вана Клиберна). Ирония едва прикрывала глубокую привязанность, которая нашла выражение в награде, присужденной Дебаргу Ассоциацией музыкальных критиков Москвы. С формулировкой «приз получает музыкант, чьи выступления на конкурсе стали заметным художественным явлением, и чьи уникальное дарование, творческая свобода и красота музыкальных трактовок произвели большое впечатление на публику и критику». Члены Ассоциации были счастливы объявить, что в качестве награды Дебарг получает возможность сыграть сольный декабрьский концерт в Доме музыки. И вот концерт (при полном аншлаге) состоялся.

Дебарг предстал и узнаваемым, и совсем неожиданным. Несмотря на свалившийся с неба успех (пианист, в частности, много гастролирует с Валерием Гергиевым), никуда не делся юношеский энтузиазм, не исчезло романтическое преклонение перед музыкой. Он по-прежнему играет не столько музыку того или иного композитора, сколько с энтузиазмом представляет свою личную встречу с партитурой, иной раз вольно определяя темпы и паузы, и даже не очень сильно заботясь о стилистической отделке. Минорная соната Моцарта в его трактовке — никак не стремление подчеркнуть особенности XVIII века. Это доверительная беседа с единомышленником, почти современником. Баллада Шопена — «из той же оперы»: только здесь, естественно, больше элегических, нежных, но и мятежных настроений. Исполнительская субъективность пианиста, открывающая в музыке новые объективные пласты, становилась приятным подарком. Недостатки Дебарга тоже остались прежние: в дьявольски трудном «Мефисто-вальсе» Листа он доказал, что упреки в его адрес (насчет недостаточной технической оснащенности) иногда справедливы.

Самое неожиданное случилось во втором отделении. Дебарг презентовал себя как автор музыки, сыграв (вместе с коллегой из Франции Себастьяном Юрте) мировую премьеру сонаты для виолончели и фортепьяно. Это было типичное «сочинение молодого композитора», который обозначил свои приоритеты: к атональной музыке он не тяготеет, «конец времени композиторов» не провозглашает и балансирует между пасторалью и джазом, черпая идеи у многих предтеч — от Дебюсси до Шостаковича. Юный автор так увлекся, что повторил две части опуса на бис, благо аплодисменты зала к этому как бы призывали. Если любящая Дебарга публика и была разочарована тем, что не услышала ожидаемого Скарлатти (и тем, что в сонате главную роль играла все-таки виолончель, а не рояль) — то своего разочарования народ не показал. А когда Юрте и Дебарг под занавес сымпровизировали всем известный хит — «Лебедя» Сен-Санса, овации достигли апогея. Ведь, что бы Дебарг не играл, в каждой его ноте слышна неистовая, безграничная, иррациональная любовь к музыке. «Следуя своим фантазиям, он заставляет нашу кровь быстрее бежать по жилам», писала о нем западная критика. В этом главное очарование Дебарга. И это искупает все.

Майя Крылова
www.newizv.ru

vkfbt@g+ljpermalink

© 2009–2016 АНО «Информационный музыкальный центр». muzkarta@gmail.com
Отправить сообщение модератору