Нарек Ахназарян: «Победа на конкурсе Чайковского дала сильный толчок моей карьере»

Добавлено 28 сентября 2014

Виолончелист из Еревана Нарек Ахназарян
Сегодня в рубрике «Гость недели» молодой виолончелист из Еревана Нарек Ахназарян — музыкант, для характеристики которого достаточно было бы привести только один отзыв газеты The Washington Post: «На его концерте в театре Кеннеди-центра зал был забит до отказа, публика была в эйфории. Он творит мощный и насыщенный звук во всех регистрах, исполняет самые сложные пассажи и виртуозные приемы с непринужденной легкостью».

Кети Бочоришвили:
Нарек, в Праге очень доброжелательная публика, и вместе с тем она очень требовательная. На концерте 14 сентября в рамках фестиваля «Прага Дворжака» вы покорили ее с первого раза, вам аплодировали стоя.

Нарек Ахназарян: Для меня это, конечно, был очень трогательный момент, потому что я действительно знаю, насколько требовательна чешская публика, и такой теплый прием для меня очень ценен.

Кети Бочоришвили: Вам 26 лет, и такое признание в ваши годы явление не очень частое. Как вы шли к этому, через какие конкурсы, с кем вы учились?

Нарек Ахназарян: Я сделал бы маленькую поправку — мне еще нет 26-ти.

Кети Бочоришвили: Тем более приятно.

Нарек Ахназарян: Конечно же, моей карьере очень помогла победа в 2011 году на Международном конкурсе имени Петра Ильича Чайковского.

Кети Бочоришвили: С кем вам там пришлось соревноваться, кто оценивал вашу игру?

Нарек Ахназарян: Мне пришлось соревноваться с лучшими молодыми виолончелистами мира, потому что действительно уровень конкурсантов был высочайший. Многих я знал, многие стали для меня приятным открытием, с некоторыми даже подружились. Об уровне судейства жюри, т. е. о классе музыкантов, которые сидели в жюри, конечно, много можно говорить. Там сидели такие музыкальные величины, как всемирно известные виолончелисты Марио Брунелло, Линн Харрел, Кшиштоф Пендерецкий, который начинал как виолончелист. В жюри сидел также бывший виолончелист Лондонского филармонического оркестра, а уже долгое время главный менеджер Карнеги-Холла сэр Клайв Гиллинсон, Давид Герингас — в общем, жюри было действительно очень солидное и состояло из музыкантов высочайшего класса.

    Кети Бочоришвили: Это был ваш первый серьезный конкурс?
Нарек Ахназарян: Нет, я являюсь победителем нескольких других конкурсов: конкурса имени Арама Хачатуряна в Ереване, Анны Йохансен в Вашингтоне, также я в 2008-м выиграл международный конкурс и прослушивание в Нью-Йорке, в результате чего заключил контракт с нью-йоркским менеджментом Young Concert Artists и с ними был в течение трех лет. После победы на конкурсе Чайковского я заключил опять-таки в Америке контракт с ведущим американским менеджментом Opus 3 Artists Management, а также заключил контракт в Лондоне с одним из ведущих европейских менеджментов «Интермьюзик артист менеджмент». Конечно, победа на конкурсе Чайковского дала очень сильный толчок моей карьере. Я не могу сказать, что моя карьера началась три года назад — она началась давно, но, конечно, огромное продвижение произошло после победы на конкурсе Чайковского.

Кети Бочоришвили: Нарек, кто передал вам музыкальный талант, от кого он у вас?

Нарек Ахназарян: Трудно сказать, потому что у нас вся семья — музыканты. Мой папа, Сурен Ахназарян — скрипач, профессор раньше Ереванской, сейчас Московской государственной консерватории, он 26 лет играл в самом легендарном и уважаемом армянском квартете им. Комитаса, а мама моя — пианистка, тоже является профессором Московской консерватории, оба брата мои музыканты: старший брат пианист, средний брат — Тигран Ахназарян — главный дирижер Хабаровского Дальневосточного академического симфонического оркестра. В общем, можно сказать, что другого выбора, как стать музыкантом, у меня не было, чему я, конечно, очень рад. Так что музыка у нас в крови.

Кети Бочоришвили: А других пристрастий у вас не было, никем не хотелось стать кроме музыканта?

Нарек Ахназарян: Я считаю, что это достаточно редкое явление, если вообще есть такое явление, когда 5-6-летний ребенок добровольно соглашается и хочет заниматься по 2–3 часа в день гаммами и этюдами, чтобы стать в дальнейшем музыкантом. Я в это не верю, я был абсолютно нормальным ребенком, и, конечно же, для меня это было очень скучно, я не хотел заниматься на виолончели, потому что первые 4–5 лет обучения мы не играем эту прекрасную музыку, которую в дальнейшем нам предстоит играть, а мы разрабатываем школу, технику на гаммах и этюдах, и это достаточно скучный процесс. Я очень хотел быть футболистом. В юношестве я неплохо играл, потом, конечно, чем больше концертов появлялось в моем графике, тем меньше, к сожалению, получалось играть.

Кети Бочоришвили: Но вы являетесь болельщиком?

Нарек Ахназарян: Да, конечно. Много команд, за которые я болею. Я, конечно же, болею за родную Армению, но у меня с детства была страсть к сборной Англии.

Кети Бочоришвили: Я знаю, что вы брали мастер-классы у Ростроповича. Расскажите, пожалуйста, какое место он занимает в вашей музыкальной жизни?

Нарек Ахназарян: Мстислав Леопольдович занимает огромное, если не самое большое место в моей виолончельной, музыкальной жизни. Я считаю себя очень счастливым и везучим человеком, потому что мне посчастливилось в последние годы жизни маэстро брать у него уроки, мастер-классы. Это непередаваемое ощущение играть и слушать пожелания, указания человека, который всю жизнь являлся твоим кумиром, на исполнениях которого ты рос, формировался как музыкант, как виолончелист. Конечно, я всю жизнь буду помнить эти уроки и наставления.

Кети Бочоришвили: Нарек, в ваших руках как-то особенно поет виолончель. Она у вас, как женщина, и ее совершенно не воспринимаешь как тяжелый инструмент. У меня было ощущение, что его только что вынули из масла. Вы изумительно сыграли на бис мелодию, если я не ошибаюсь, это была армянская, и даже спели.

Нарек Ахназарян: Очень много людей, когда я играю это произведение, думают, что оно армянское, потому что есть схожие мотивы. На самом деле это произведение — Lamentatio — написано итальянским виолончелистом-композитором Джованни Соллима.

Кети Бочоришвили: И там нет никакого армянского влияния?

Нарек Ахназарян: Единственное влияние это то, что я играю это произведение. Наверное, все-таки кровь дает о себе знать, и, может быть, мое исполнение привносит армянские интонации и нотки в это произведение, но это итальянское произведение, я считаю, совершенно гениальное. 90% слушателей, которые слышат мое исполнение, думают, что это армянское произведение.

Кети Бочоришвили: Ну вот, видите, как оно по-новому зазвучало.

Нарек Ахназарян: Да, действительно, итальянского в этом произведении точно ничего нет. Там, скорее, восточные мотивы. Спутать очень легко.

Кети Бочоришвили: Какое место в вашем творчестве занимают армянские композиторы? Вообще, как вы выбираете репертуар?

Нарек Ахназарян: Армянские композиторы занимают достаточно большое место в моем репертуаре. На 90% в моих сольных концертах присутствуют армянские композиторы. Есть несколько произведений, которые я стараюсь почаще играть, чтобы знакомить мировую публику с этими композиторами, произведениями. Например, есть совершенно феноменальная соната для виолончели соло, написанная Адамом Худояном — практические неизвестным за рубежом армянским композитором, и эту сонату я считаю одной из лучших сольных сонат, написанных для виолончели. Играю также произведения, конечно же, Арама Ильича Хачатуряна, Александра Арутюняна. Кстати, буквально через 10 дней у меня с моим друзьями — скрипачом Сергеем Хачатуряном и его сестрой пианисткой Лусине Хачатурян будет тур по большим городам Европы — Амстердам, Вена, Париж, Санкт-Петербург. Мы будем играть трио, и в том числе будем играть трио Арно Бабаджаняна, чтобы познакомить европейскую публику и с этим замечательным армянским композитором. Что касается того, как я выбираю программу, то это всегда в большей степени зависит от публики, страны, где я играю, потому что публика, например, в Японии, России и Америке совершенно разная, и я, как артист, должен всегда учитывать не только свои личные музыкантские интересы и требования, но и сделать так, чтобы слушателю было интересно слушать полтора-два часа виолончельной музыки. Поэтому я всегда стараюсь сделать программу достаточно разнообразной, чтобы охватить как можно больше жанров и музыкальных стилей, т. е. у меня в одной программе может быть и Бетховен, и Брамс, и Шостакович, и Чайковский, и Паганини, могут быть армянские произведения. Я также очень часто играю современную музыку. Буквально неделю назад я стал «артистом нового поколения» радио Би-Би-Си в Англии. Это звание означает, что я буду записывать очень много новых проектов с новым репертуаром, это будет транслироваться по радио Би-Би-Си, и в том числе я буду сотрудничать с несколькими современными молодыми композиторами, т. е. будут заказаны произведения для виолончели, которые я исполню впервые. Я очень рад этому, потому что, действительно, сейчас есть очень большое количество молодых композиторов, которые пишут прекрасную музыку и которым нужна поддержка, чтобы о них знали.

Кети Бочоришвили
www.ekhokavkaza.com

vkfbt@g+ljpermalink

© 2009–2016 АНО «Информационный музыкальный центр». muzkarta@gmail.com
Отправить сообщение модератору