Никита Власов: Мне нравятся Анадырь и Калифорния!

Добавлено 18 сентября 2013

Камерный оркестр «Солисты Нижнего Новгорода», Никита Власов (аккордеон)

ИФ-Регион. 22 сентября известный молодой музыкант выступит с оркестром «Солисты Нижнего Новгорода», а пока он рассказал о своем хобби, о вариациях на тему «Мурки» и о 3D формуле Баха.
Немного о программе с «Солистами Нижнего Новгорода», которую ты сыграешь 22 сентября в ННГУ. С твоим участием объявлены два сочинения ныне здравствующих композиторов – Ришара Гальяно и Ефрема Подгайца. Какая музыка тебе ближе?

Музыка Подгайца, конечно. Первый раз я её играл на экзамене в аспирантуре. И когда мы работали над ней с пианистом, у нас было больше вопросов, чем ответов. Оркестр мне на некоторые вопросы ответил. И меня начала привлекать эта музыка. Она очень кинематографична, такая короткометражная лента с авторским языком. Она наполнена и цельна. Другой вопрос, что в ней много хаоса, который может оттолкнуть слушателей. Но в ней много и юмора. Кто может написать концерт на тему «Мурки» – это безумная идея!

Как тебе оркестр?

Одна репетиция дала мне понять, что оркестр такой мобильный, что он может двигаться по дороге вместе с тобой, всегда вровень, не будет отставать, будет действовать по твоим правилам или, может быть, предлагать что-то свое. Вообще я слежу за «Солистами» – прекрасные программы с Майером, с Жуковым. Это же не остается бесследным. С каждым годом они растут, и я боюсь представить, что будет дальше. Я вижу, что люди, которые там работают, фактически безвозмездно тратят себя ради искусства.

У тебя за плечами много конкурсов – как российских, так и международных. Скажи, ты азартный человек?

Я конкурсы терпеть не могу с детства, но так получилось, что с 7 лет мы начали работать на конкурсной основе. Конкурсы мне дают реализацию своих планов, потому что там собираются лучшие из лучших, и вследствие этого получаются хорошие проекты. Я никогда не ездил для того, чтобы победить. Мне важно было найти человека или группу людей, которая меня вдохновит, даст мне что-то новое. Недавно был конкурс в Киеве, я готовился к нему всего лишь месяц, ехал туда без уверенности, что у меня все получится. Но после этого Юрий Ковтун, знаменитый аккордеонист, пригласил меня в Кремль на свой фестиваль. Причем он меня даже не оценивал, т.к. был в жюри эстрадного профиля. К эстраде я не имею никакого отношения, может быть, к джазу тяготею – не к эстраде точно. После киевского конкурса меня пригласили в качестве человека, который будет открывать этот конкурс в будущем – тоже приятно. Плюс я там встретил человека, с которым у нас завязались достаточно серьезные творческие отношения – он приехал сейчас из Канады, где получил первую премию, и я, сравнивая его игру, практически представляю, что сейчас творится в мире. На этот конкурс были приглашены такие известные люди, как Владимир Бесфамильнов, Ришар Гальяно, Мирко Патарини. Бесфамильнов был председателем жюри. Мы в конце конкурса обмолвились с ним двумя словами, и то, что он сказал, меня очень настроило на дальнейшую деятельность.

А если оценки негативные?

Я свои записи не слушаю никогда. Страшно становится на второй секунде, потому что мне ничего не нравится. Дело в том, что мне есть с чем сравнивать. Я каждодневно усердно прослушиваю западные записи. Мне интересен Гульд, который под конец жизни вообще отрекся от концертной практики. Он стал записывать только диски, фактически обнаружил собственную философию в этом.

Ты смог бы, как Гульд, отказаться от концертов?

Нет, от концертов я бы не смог отказаться, потому что здесь теряется это совместное творчество с публикой и мне тяжело. Концерт прибавляет импровизацию, и в этом весь интерес, когда ты понимаешь, что совершил необдуманное решение, и в момент игры ты его начинаешь каким-то образом воплощать. Как Башмет говорил, ты в поиске своего языка, а на сцене как раз его находишь, когда с публикой соприкасаешься. В записи – там больше прагматическая стабильность.

Тебе ведь близка не только классика. А что ещё?

У меня обширный круг, иначе из меня вряд ли могло что-то получиться. Сейчас я «подсел» на жанр world music. Интересен Бобби Макферин со своим фестивалем «Свингуем Баха». Вот сейчас я приехал из поездки в Латвию, где был фестиваль, организованный первой скрипкой «Виртуозов Москвы». Там все гораздо интереснее, нежели в России происходит. Там мне повстречался один саксофонист, о коем я раньше ничего не знал, но который потряс меня своей атмосферой и отношением к музыке. Притом, что у него полный багаж технических данных, и в голове имеется много интересного – он сам композитор. Все, я теперь слушаю его. И ещё: я покупаю диски – недавно привез все альбомы группы Take 6, хотя это джаз.

Джаз – вторая страсть?

Сейчас я тяготею к этому. Я хотел закончить концерт 22 числа неклассической музыкой. Возможно она ближе к world music, когда ты тот материал, который есть у тебя в голове, пытаешься сымпровизировать и к чему-то новому прийти. Это будет сюрприз!

Так это будет твой опус?

Я взял за основу композиторское сочинение и полностью его переделал. Жизнь меня сталкивает с такими произведениями, которые мне безумно нравятся, но я их не могу вот так взять и сыграть, исполнив волю автора. Всегда хочется что-то добавить.

Неужели и с Бахом так экспериментируешь?

С Бахом у меня вообще особые отношения. Как кто-то заметил, в каждом из нас Бог, в каждом из нас музыка Баха. С некоторых пор я к Баху отношусь несколько иначе, чем во времена учёбы в консерватории.

Я что сделал, если вам это интересно? В левую руку готово-выборного аккордеона я перенес весь баховский текст, при этом у нас остается ещё правая рука. Я выделяю некоторые ноты, тематические вещи, риторические фигуры и у меня получается перспектива, как 3 D формула музыкальная. К этому никто ещё не пришел в мире! Это такая увлекательная работа, что сложности нет вообще никакой. Одна пианистка отметила, что слышит в моем исполнении понятную членораздельную звуковую палитру, что, строго говоря, на нашем инструменте с одним мехом, с одними легкими, практически неосуществимо.

Это иначе звучит?

Это звучит… Надо услышать. Звучит совершенно иначе, я честно говорю.

Никита, твой ансамбль называется Con Forza, что переводится как с силой, со страстью. А с такими же эмоциями, кроме музыки, к какому делу ты ещё относишься?

Я никогда в жизни не работал на кого-то, был достаточно свободным, с юных лет. Мне всегда хотелось делать что-то свое. Бывают моменты жизни, когда я начинаю увлекаться одним, увлекаться другим… Сейчас, например, читаю да Винчи, его рецензии, его мысли на тему живописи. Для меня интересно перенять опыт живописи, перенести его на музыкальный образ – со светотенью, с красками, со всем комплексом их ресурсов. Я с детства занимаюсь спортом, увлечен футболом, играю в бильярд. Сейчас вот закончится репетиция, я обращусь к контрабасисту – мы с ним договорились поехать на рыбалку.

Ты не только солист, но еще и педагог. Одно другому не мешает?

Преподавание занимает не так много времени. Я работаю всего два дня в неделю по три-четыре часа. Все началось с того, что мой шеф меня брал на разные творческие встречи, конкурсы в Ивановской области, в Сарове. Меня это дело влюбило. Я понял, что чем больше общаюсь со студентами, тем больше осмысливаю, что у меня в голове. Сейчас у меня появился студент из Костромы, у которого, я считаю, масса возможностей стать серьезным музыкантом. Мне интересно направлять его творческую жизнь в правильное русло. Я радею за нижегородскую школу. В конце концов, мои родители не зря оставили квартиру, работу и приехали в Нижний Новгород ради одного профессора. Это мой город, к сожалению или к счастью.

Ты много гастролируешь. Есть ли любимые места?

Мне понравился город Анадырь и… штат Калифорния: и там, и там хорошо. Я человек, который тяготеет больше к европейской культуре. Но в любом случае, я приезжаю в Европу и хочу домой! Это постоянный парадокс: когда тебе и здесь не комфортно, но и там не то. Представьте, там меня селят на первой линии Балтийского залива, у меня по 7-8 концертов в костелах с великолепной акустикой, там мой день расписан по минутам. Это радует, но мне не хватает более открытого общения. Наш человек сильно отличается, и это очень ценно.

Что для тебя музыка?

Я себя полностью отдаю музыке. Если выхожу на сцену, то я себя не берегу, больше рискую, чем кто-либо из наших аккордеонистов-баянистов. Соответственно, наверное, и интереса больше у публики. Публика, мне кажется, сейчас настолько наелась всего… Музыкант стал иным. Сегодня он должен чем-то удивлять постоянно и это накладывает отпечаток на творческую деятельность. Если бы я имел возможность играть ту музыку, которая мне нравится (например, барочную французскую музыку, русскую классику, ту, которую мы делаем с Con Forza), я чувствовал бы себя лучше. Это есть у меня в Европе, где публика готова принять все от меня. Мы, музыканты, учимся больше, чем медики. Если бы у меня было пятилетнее образование, я бы и играл музыку, которая нравится всем. Но я достиг другого уровня, ниже падать не хочется, как бы люди не хотели, предлагая бешенные деньги за концерты. Я все-таки для чего-то создан, для чего-то большего.

Елена Соломон
Нижний Новгород

18 сентября 2013 г.

http://www.ifregion.ru

vkfbt@g+ljpermalink

© 2009–2016 АНО «Информационный музыкальный центр». muzkarta@gmail.com
Отправить сообщение модератору