Предстоящие мероприятия

Саратов
15 декабря 2017





Саратов
25 декабря 2017

Саратов
26 декабря 2017

Саратов
27 декабря 2017

Саратов
29 декабря 2017

Саратов
31 декабря 2017



Саратов
13 января 2018

Саратов
13 января 2018

Саратов
14 февраля 2018

Читайте на эту же тему







Преемственность в хорошем смысле

Добавлено 26 ноября 2015

Большой зал Саратовской консерватории

В консерватории прошел почти семейный концерт, в котором выступили педагоги и ученики.

25 ноября в большом зале Саратовской консерватории состоялся концерт «Играют выпускники». Свое искусство на суд зрителей вынесли супруги — пианисты и педагоги заслуженный работник культуры РФ Наталия Исааковна Розенфельд и профессор СГК имени Л. В. Собинова, заслуженный артист России Анатолий Александрович Скрипай. Вместе с ними игралиученики — сами уже взрослые, состоявшиеся артисты, лауреаты международных конкурсов Марина Соловова, Александр Терехов и Всеволод Вартанов.

Простота, открытость и величие

Открыла концерт Наталия Розенфельд, за кулисами скромно признавшаяся, что не является концертирующей пианисткой. Но, надо сказать, мощный талант, любовь к искусству и большой преподавательский опыт в этот вечер слились воедино и заменили ей опыт исполнительской практики. Если не знать, что на сцене — педагог музыкальной школы, услышать это практически невозможно. Разве что по репертуару можно было бы заподозрить.

Наталья Исааковна исполнила произведения Вольфганга Амадея Моцарта и Фредерика Шопена и в каждом дала собственную трактовку. Объявлявший супругу Анатолий Скрипай даже пожурил ее во втором отделении: мол, не слушает моих советов, концерт все-таки. Это замечание касалось си-минорной «Мазурки» Шопена, которую, по мнению профессора, Наталия Исааковна играла слишком медленно и мрачно. От танцевальной мазурки у пианистки, конечно, ничего не осталось. Но, думается, и сам композитор не мыслил ее как танец. Не только потому, что к ней есть ремарка Mesto, означающая «Печально, скорбно», но и потому, что написано произведение в одной из самых темных, скорбных тональностей — си-миноре. Известна тоска Шопена по родной Польше, мечта о ее независимости. Даже свое сердце композитор завещал перевезти на Родину. Все эти переживания автора и прозвучали в «Мазурке» Наталии Розенфельд.

С легким оттенком грусти пианистка исполнила и знаменитый си-мажорный «Ноктюрн», в котором продемонстрировала и технику brilliante, и свое удивительное музыкальное чутье. Наталию Розенфельд очень интересно слушать, потому что даже в тех произведениях, которые известны на весь мир, ей есть что добавить из своей души. В ее прочтении нет ни одной случайной эмоции, ни одной лишней интонации, она касается самого сердца слушателя.

При этом показалось, что Наталии Исааковне ближе всего романтизм. «Много души» было вложено даже в произведения Моцарта — это был классицизм сквозь призму последующих эпох. Получилось очень свежо, неожиданно и красиво.

Совместимы ли Бах и эмоциональность?

Ту же свежесть в восприятии Иоганна Себастьяна Баха продемонстрировала выпускница и преподаватель Саратовской консерватории Марина Соловова. У Наталии Исааковны она училась в музыкальной школе и музыкально-эстетическом лицее, у Анатолия Александровича — в консерватории и ассистентуре. На концерте Марина исполнила переложенные С. В. Рахманиновым для фортепиано «Прелюдию», «Гавот» и «Жигу». Произведения потребовали от пианистки виртуозной техники, но ею она не ограничилась.

В отдельные части произведений М. Соловова вкладывает столько эмоций, что слушатель остается потрясенным: откуда в музыке Баха такой накал? Об этом накале и эмоциональности музыки великого немца, впрочем, давно говорят музыковеды, но исполнители почему-то часто остаются глухи к этим речам и продолжают играть фуги, прелюдии, гавоты и прочее как музыкальные упражнения — этюды, при этом удивляясь, что концертные залы остаются пустыми. Своим исполнением Марина полностью развенчала расхожую теорию о сухости и строгости баховской музыки. Эту исполнительницу действительно стоит слушать.

И снова виртуоз

Еще одно виртуозное произведение исполнил потомственный музыкант Всеволод Вартанов. Музыкальную школу по классу фортепиано он заканчивал тоже у Натальи Исааковны, потом учился в МГК имени П. И. Чайковского. Поработав немного на кафедре специального фортепиано в Саратовской консерватории, Всеволод выбрал нелегкий путь свободного художника. В этот раз он привез в Саратов «Вальс» Мориса Равеля — произведение, больше известное в оркестровом варианте, которое дирижеры обычно исполняют «на бис». Но М. Равелю настолько нравилась эта пьеса, что он сделал переложение — и для двух, и для одного рояля.

В. Вартанов вниманием слушателя владеет с первых же аккордов. Сложнейшую пьесу он играл блестяще, словно шутя и любуясь — клавиатурой, звуком, светом в зале — сложно сказать, чем еще. Анатолий Скрипай поделился тем, как он сам «копал» это произведение, радуясь тому, что Морис Равель — француз, потому что у нас в стране его определили бы в «космополиты» за «бессюжетный сюжет». Пьеса действительно отсылает к глинковской идее вальса. Это не просто танец, а философские размышления. В первой части создается ощущение пар, кружащих в танце «где-то в тяжелых облаках», затем «эти мрачные тучи» рассеиваются, музыка переносит нас к блестящему венскому двору, а потом краски вновь сгущаются, и в звуке появляется нечто мефистофелевское. В одном произведении Всеволод Вартанов продемонстрировал и легкость звукоизвлечения, и собственное наслаждение от процесса игры, и широкую палитру эмоций, и, кажется, мог бы стать блестящим актером.

Еще один ученик Наталии Исааковны и Анатолия Скрипая — Александр Терехов, работающий в консерватории концертмейстером. В его исполнении прозвучало «Раздумье» П. И. Чайковского, которое А. А. Скрипай назвал лучшей фортепианной пьесой Петра Ильича. Музыка очень красивая, и играл ее пианист очень мягко. Единственное, что хотелось бы добавить этому исполнению, — чуть большей собранности звука на пиано.

Класс от маэстро

Завершил концерт сам профессор Анатолий Александрович Скрипай.

«Было бы неправильно, если бы я не принял участие в этом концерте, — заявил маэстро. — Но я участвую в нем не как ученик Наталии Исааковны — я у нее не учился. Я играю как педагог Марины Солововой и Алексея Терехова. Это те люди, которых мне подготовила моя супруга — Наталия Розенфельд».
Анатолий Скрипай исполнил две коротких пьесы — «Арабеску» Роберта Шумана и «Прелюдию» Клода Дебюсси. Под звуки рояля маэстро отдыхает душа и наслаждается даже мозг критика, отказывающийся фиксировать мелкие погрешности, без которых пока еще никто не смог обойтись. А под удивительное piano профессора даже шелест переворачиваемой тетрадной страницы кажется кощунственным. Тем не менее Анатолий Александрович не отказал себе (и нам) в удовольствии продемонстрировать блестящую технику, за которую сорвал неоднократное bravo и аплодисменты. «На бис» пианист исполнил еще одну небольшую пьесу — переложение песни Франца Шуберта «К музыке», которое когда-то сделал сам.

«Я вот сыграл виртуозную пьесу, вроде как аплодисменты сорвать, а здесь (в Шуберте. — прим. Авт.) другое, — поделился Анатолий Скрипай. — Здесь мало нот, но очень много Музыки. Сейчас я постараюсь вам это передать. Я завидую вокалистам: они хоть и редко поют эту песню, но исполняют ее со словами. А текст у Шуберта великолепен. Музыка, как все гениальное, проста и недосягаема. Мне хотелось бы, чтобы эта песня была гимном Самой Музыки».
В звуке А. А. Скрипая действительно прозвучала любовь к Музыке и благодарность за все доброе и светлое, что она приносит людям. И снова bravo, и снова аплодисменты, которые при полном зале, наверное, можно было бы назвать оглушительными.

Наталья Григорьева

riasar.ru

ВКонтакте Facebook Twitter Мой Мир Google+ LiveJournal

© 2009–2017 АНО «Информационный музыкальный центр». muzkarta@gmail.com
Отправить сообщение модератору