Тенор Мён Хён Ли покорил публику во втором туре конкурса Чайковского

Добавлено 29 июня 2015

Международный конкурс имени П. И. Чайковского

Мён Хён Ли. Фото: tchaikovskycompetition.com

Первый день второго тура у вокалистов завершен. Участники исполняют программы, в которые по регламенту конкурса входит 5 обязательных сочинений.


Каждый конкурсант исполняет романс Чайковского, камерно-вокальное произведение композиторов XIX века — от Шуберта и Глинки до Малера, де Фальи, Равеля, Прокофьева, Шостаковича и Свиридова, народную песню страны, представляемой участником, большую арию по выбору, а также арию из оперы, кантаты или оратории, написанной после 1950 года.

Надо еще раз отметить, что отбор участников во второй тур был сделан грамотно, не считая двух-трех человек, прошедших, вероятно, из соображений сохранения числа участников в соответствии с регламентом конкурса.

Первый день прослушиваний 2 тура открыла Диана Казарян. Молодая певица показала красивое бельканто в каватине Леоноры Tacea la notte из «Трубадура» Верди — ровное звуковедение и идеальный контроль над эмоциями. Ни одной пустой, бесцветной ноты, свежесть голоса — то, что она продемонстрировала и в романсе «Я ли в поле да не травушка была» Чайковского, и в вокализе Лизы Бричкиной из оперы «Зори здесь тихие» Молчанова, и в пейзажном романсе «Осенью» Свиридова.

А вот другая участница Мане Галоян, порадовавшая в первом туре, несколько сдала позиции. И если Колыбельная Комитаса, с которой Мане начала выступление, прозвучала глубоко и объемно, то в романсе «Не пой, красавица, при мне» Рахманинова она справилась не со всеми колоратурными нотами. Но в музыкальности певице отказать нельзя.

Самым привлекательным в выступлении Гелены Гаскаровой из Петербурга стало ее умение заинтересовать слушателя пропетым словом, желание создать образ. Труднейшую развернутую арию Таис из оперы Массне она осилила, не только благодаря сильному крепкому голосу, но и драматической интерпретации.

Эва Трач из Польши, несмотря на кашель, стоически и даже не без успеха исполнила не только «Песню ведьм» Мендельсона с отличным немецким, но и чувствительную арию Графини Dove sono из «Свадьбы Фигаро» Моцарта. Эффектно прозвучала в ее исполнении песня Kazała mi mama («Велела мне мама») Феликса Нововейского, считающегося родоначальником польской классической музыки.

Единственная меццо-сопрано на конкурсе Юлия Маточкина умно выстроила разноплановую программу, включив в нее и арию Асканио из оперы «Бенвенуто Челлини» Берлиоза, и арию Екатерины из «Петра I» Петрова. Членам жюри не может не нравиться ее собранный, аккуратный, без излишеств голос.

Два баса — китаец Ао Ли и россиянин Дмитрий Григорьев выступили друг за другом. Оба — противоположные по темпераменту. Ао Ли продемонстрировал протеические свойства своего вокально-драматического таланта, ловко переходя из одного образа в другой — от народной песни «Сестра радуги» — к арии Горация Табора из оперы «Баллада о крошке Доу» Дугласа Мура, от «Лесного царя» Шуберта — к трагическому «Снова, как прежде, один» Чайковского. И ударно завершил свой выход каватиной Алеко из оперы Сергея Рахманинова.

Рядом с артистичным китайцем тяжеловато воспринимался меланхоличный российский бас Дмитрий Григорьев, предпочитавший замедленные темпы и минимум движения. В голосе Дмитрия подкупала шаляпинская «начинка».

Южнокорейский тенор Мён Хён Ли стал любимцем публики. Он использовал танцевальный ритуал в народной песне «Водопад Бак-Юн». Арию Тома Рейкуэлла из «Похождений повесы» щедро снабдил жестикуляцией.

Константин Сучков грамотно выбрал арию Джанни Скикки из оперы Пуччини, подходящую ему по психофизике и темпераменту.

Лирико-колоратурное сопрано Антонина Весенина стала самой яркой исполнительницей первого дня 2 тура, предложив очень смелую, на грани фола, интерпретацию арии Кунигунды из «Кандида» Бернстайна. Так же, как и в популярной арии Розины из «Севильского цирюльника» Россини.

Текст: Владимир Дудин

www.rg.ru

vkfbt@g+ljpermalink

© 2009–2016 АНО «Информационный музыкальный центр». muzkarta@gmail.com
Отправить сообщение модератору