Валерий Афанасьев. Поздние сонаты Бетховена

Добавлено 24 октября 2013

Светлана Фищук (фортепиано), Большой зал Санкт-Петербургской филармонии

21 января состоялся концерт пианиста Валерия Афанасьева. Хотя его записи я слышала много раз, на концерте побывала впервые. В программе были три последние сонаты Бетховена.

Сложно сказать, чего я ожидала, когда шла на этот концерт. Естественно, что пианист этот и сам по себе очень известный, и в своей жизни он был связан с настоящими легендами классической музыки, такими как Рихтер, Кремер, Зак, Гилельс. Я была наслышана о его исполнительской манере, впечатление от которой выражалось примерно такими словами: «Это не то чтобы какой-то определенный стиль… но что-то свое, другое, и в то же время очень интересное и убедительное». Кроме того, несколько сонат Бетховена в одной программе — всегда событие, поэтому приближающегося концерта я ждала с любопытством.
И вот я наконец в Большом зале филармонии. Всегда интересно почитать программку. Об исполнителе часто можно прочесть что-нибудь новое для себя, а иногда — для музыканта тоже. Читаю: «В отношении пианиста нередко можно услышать: “пианист-эксцентрик”, “эксцентрическая манера” или даже “хулиганство”. Выступление Афанасьева — это нередко целый спектакль, акт пересоздания авторского текста». В общем, после этого мне стало уж совсем интересно, что же хулиганского может быть в исполнении поздних сонат…
…Концерт начался вовремя, без задержки. На сцену вышел пианист — спокойный, уверенный, строгий, без попытки «поразить» зрителя, без ожидаемой эксцентричности. Едва дождавшись окончания аплодисментов, он начал играть. Это был единственный раз, когда он дождался тишины, — впоследствии музыка начиналась под звук стихающих аплодисментов… Пианист был полностью погружен в музыку, которую принес нам, не растрачивал внимание на остальное. Части сонат шли с минимальными паузами. Слушатели ни разу не попытались аплодировать между частями, настолько напряженными были паузы. Общение с публикой — вне музыки — свелось к минимуму. «Бисов» не было.
Сложно описывать исполнение такого уровня…. Естественно, все продумано до малейшей детали, в пределах одного и того же piano — множество красок, штрихи выверены так, что за ними слышна живая человеческая интонация. Когда необходимо, рояль пел, когда пианисту нужно было — рояль говорил, а ведь это разные вещи… Мастерство сказывалось и в том, как звучали голоса в полифонии, и в том, как была выстроена форма в Andante molto cantabile ed espressivo 30-й сонаты. Но невозможно рассматривать такое исполнение с точки зрения принятых стереотипов идеально ритмичной игры, с отполированным звуком и изящно закругленными фразами… Афанасьев — ученик Гилельса и Зака, и, честно говоря, от его игры я ожидала более ровного звука — или, точнее, более объективного, более однородного… Здесь звук отражал эмоциональную окраску, он был всегда такой разный, что порой эти перепады действительно несколько шокировали. Можно было услышать такое rubato (Allegro molto 31-й сонаты, например), что профессоры консерватории содрогнулись бы, а если говорить о 32-й сонате, то синкопы в Ариетте уже почти напоминали джазовые… Но самое главное — это все было убедительно. Ничего, кроме того, что написано Бетховеном. Честная интерпретация текста. Поразила в исполнении Афанасьева бетховенская лирика — простая, суровая, звучание местами даже грубоватое и при этом такое возвышенное, отрешенное от земного... Фразы не отшлифованные, а как бы вырубленные из камня несколькими точными движениями.

Когда-то, впервые услышав игру Шнабеля, я была примерно так же поражена четкостью и ясностью его фраз, высказываний, умением отсечь все лишнее и вместе с тем сохранить все богатство бетховенского замысла.

У Афанасьева есть свой неповторимый стиль. Это не эксцентричность, так как он не стремится поразить только ради того, чтобы поразить. Это настоящее переосмысление, попытка дать другое, новое освещение привычным интонациям, устоявшимся традициям исполнительства. Новое прочтение. И сегодня, когда становится все больше и больше похожих друг на друга технически совершенных исполнителей, начинаешь особо ценить таких музыкантов, которые наполняют каждую интонацию живым дыханием и вкладывают смысл в каждую фразу.

Автор: Светлана ФИЩУК
Фото: Владимир ПОСТНОВ
СПБ МУЗЫКАЛЬНЫЙ ВЕСТНИК


06.02.2012

vkfbt@g+ljpermalink

© 2009–2016 АНО «Информационный музыкальный центр». muzkarta@gmail.com
Отправить сообщение модератору