Высокое искусство в Пицунде. Из истории органа

Добавлено 01 ноября 2015

Александр Князев (виолончель, орган), Абхазская филармония, Концертный зал Пицундского храма

© Sputnik. Илона Хварцкия
40 лет назад в музыкальной и культурной истории Абхазии появилась новая страница. В республике впервые услышали звучание короля музыкальных инструментов. Орган, сконструированный немецкими мастерами высочайшего класса специально для здания собора Андрея Первозванного, сразу стал собирать вокруг себя профессионалов в музыке международного уровня.

Есть идея

Курорт Пицунда был одним из самых любимых мест для отдыха жителей Советского Союза. С 70-х годов в гостиничных комплексах на набережной весь год могли оставаться до трех тысяч гостей. Любили бывать здесь и высокие гости. Так, во время приезда в Пицунду председатель Совета Министров СССР Косыгин высказал пожелание установить в Пицундском соборе орган. Сложно сказать, была ли это обычная поездка или же специальный визит для оценки храма как будущего концертного зала, но вскоре эта идея стала реализовываться.

В качестве научного консультанта в Пицунду был приглашен знаменитый педагог, органист профессор Московской консерватории Леонид Ройзман. Он же и посоветовал обратиться к прославленной органостроительной фирме «A. Schuke». Ее руководитель Ганс Иоахим Шуке прибыл в Пицунду в конце 1973 года. Господина Шуке сравнивали с великим мастером Готфридом Зильберманом, современником Баха. Шуке даже называли «Зильберманом XX века». Он высоко оценил «благородную и смелую простоту стиля» собора. В итоге контракт по изготовлению и установке органа был подписан.

Секретная миссия

В феврале 1975 года заместителя директора Объединения пансионатов курорта Пицунда, инженера-строителя Валико Джонуа неожиданно вызвали в Москву, в Центральный Совет по управлению курортами профсоюза.

Ему поручили срочно выехать в Германию, в Потсдам, где от него требовалось уговорить руководство фирмы «A. Schuke» установить орган на полгода раньше указанного в договоре срока. Валико Джонуа также сообщили, что это секретное требование секретаря ЦК КПСС, члена Политбюро Кириленко, но ему запретили упоминать это имя в Германии.

В Потсдаме экскурсию для Валико Джонуа проводил главный конструктор фирмы господин Тилль. В подходящий момент Джонуа стал говорить о необходимости ускориться. Он взял на себя обязательства провести все необходимые подготовительные работы в храме. Представители фирмы пошли на встречу, с трудом согласившись завершить работы на 4–5 месяцев раньше срока, но не более.

«Пройдет 10–20 лет, слушатели вашего органа не будут спрашивать, орган был построен до обеда или после обеда, они будут спрашивать о качестве звучания», — справедливо отметил тогда Тилль.

Строгая комиссия

После установки органа последовал осмотр принимающей комиссии. Пицундский орган принимала солидная комиссия, куда входили профессор Ройзман и заведующая органной мастерской Московской консерватории, концертирующая органистка Наталья Малина.

С немецкой стороны комиссию представлял сам Шуке. Члены комиссии пришли к единому мнению: несмотря на то, что каждый орган обладает своими особенностями, удачная и интересная диспозиция создает пицундскому органу исключительно яркую индивидуальность, а мягкий серебристый тембр инструмента в сочетании со строгой архитектурой придают пицундскому концертному залу особую неповторимость, и что древние стены с фрагментами фресковых росписей, в основном XIV века, уже к началу концерта будут располагать зрителей к глубокому восприятию божественных звуков.

Органы открываются, как правило, концертами. 1 ноября 1975 года состоялось торжественное открытие органа в Пицунде. Первыми на инструменте сыграли органисты высочайшего класса неизменный художественный эксперт-консультант фирмы «А. Schuke», профессор Лейпцигской консерватории Вольфганг Шетелих и органист Лейпцигского храма святого Томаса Ханес Кестнер.

Пицундские фестивали

С тех пор началась пора сентябрьских фестивалей и концертов в Пицунде, куда съезжались органисты со всей большой страны и из-за рубежа. Все друг друга знали, обстановка была дружная и радостная.

«Вы знаете, есть такое понятие муки творчества. Так вот здесь никаких мук не было. Просто от души игралось, потому что все кругом великолепно. Откроешь в семь утра окно, из храма несется музыка — это Гарри Коняев играет, он всегда занимается с утра. Под окном цветут кусты граната, все благоухает, птицы летают, климат изумительный, место прекрасное совершенно», — вспоминает сегодня Наталья Малина.

Гарри Коняев, дипломант Лейпцигского конкурса им. Иоганна Себастьяна Баха, окончивший Тбилисскую консерваторию по классу фортепиано и органа, стал первым органистом Пицунды.

«Пицундский орган настолько замечателен, что, поиграв на нем однажды, музыканты были готовы приезжать вновь и вновь, чтобы еще раз пообщаться с этим инструментом. Этот инструмент — редкая жемчужина, которой владеет Абхазия», — говорит Коняев.

С конца 80-х годов в Пицунде стали проводиться и летние Фестивали классической музыки, организованные художественным руководителем и главным дирижером Государственной хоровой капеллы Абхазии Нодаром Чанба. В концертах участвовали мастера искусств, среди которых был лауреат международных конкурсов виолончелист и органист из Москвы Александр Князев. Он дал свой первый органный концерт именно в Пицундском храме.

«Пригласил меня в Пицунду мой друг Нодар Чанба, тогда он руководил хоровой капеллой. На концерте я должен был сыграть на виолончели, но попутно я тогда увлекся органом. Я спросил, могу ли поиграть на органе, Нодар ответил согласием, и вот так я первый раз в жизни сел за орган, я запомнил даже день, это было 2 сентября, и вот с тех пор я занимаюсь органной музыкой», — рассказывает Александр Князев.

«Абхазия» в органной музыке

Во время учебы в Москве первая абхазская органистка Марина Шамба загорелась идеей переложить для органа народные трагические произведения, Песнь ранения, Песнь о скале и колыбельную композитора Лакрба «Шьишь нани».

Этой идеей она поделилась с друзьями, молодыми композиторами со своего курса. Марина снабдила их материалами по истории Абхазии, пластинками с народной музыкой, и вскоре стало ясно, что молодые коллеги смогут справиться с такой задачей.

Елена Бутузова и Марина Невская переложили абхазские мотивы для органа. Сегодня ни одно выступление Марины Шамба не обходится без исполнения этих произведений, которые она любя называет просто «Абхазия». Она до сих пор играет по тем самым нотам, которые написаны от руки Еленой Бутузовой и Мариной Невской. Елена написала еще одно произведение, «Маленькую рапсодию» и посвятила ее своей абхазской подруге. В ней собраны все три трагичных мотива, но в ней звучит и танцевальная тема. Это очень красивая, очень симпатичная вещь, рассказывает Марина Николаевна сегодня. Но исполняет она ее редко… Не любит, когда на концертах объявляют, что это посвящение Марине Шамба.

После войны

Пицундский орган молчал три года. Трагичное время было в Абхазии. Разрушенная республика с трудом оправлялась от ран, нанесенных ей войной. Грузино-абхазская война принесла горе почти в каждый дом в Абхазии. Не обошла стороной беда и семью единственной в то время органистки в стране Марины Шамба. За 10 дней до окончания войны убили ее супруга известного ученого, физика, кавалера ордена Леона Адгура Инал-ипа.

Вынести боль утраты близких людей ей помогли музыка и орган, который не удалось бы сохранить без материнской заботы со стороны Марины.

Придя в первый раз после войны в храм, она открыла двери органа и, к ее ужасу, оттуда выбежала большая крыса. Внутри все было съедено, повреждены меха и даже железные трубы.

Восстановить орган — непростое дело и затратная задача. В Абхазии и сегодня нет нужных специалистов. В тяжелое время не остались в стороне российские коллеги и друзья Марины Николаевны. В 1994 году был проведен маленький ремонт органа. Олег Янченко, Юрий Крячко и Андрей Шаталов — имена органистов и мастеров, которые первыми в послевоенное время приехали в Абхазию. Помогала своей коллеге Наталья Малина и другие специалисты.

Марина Шамба провела очень много благотворительных концертов. Ей хотелось обрадовать детей, школьников, которые не могли толком что-то увидеть и услышать в послевоенной республике.

«Хотелось дать им надежду на то, что жизнь не закончилась, что будет много радости и веселья. Приезжало много гостей. Хотелось показать им, что нас никто не убил до конца, что мы выжили и будем жить», — говорит она.

Постепенно Марина Шамба собрала вместе всех абхазских музыкантов, и в Пицундском храме зазвучал не только орган, но и голоса солистов Филармонии, капелла и другие профессионалы.

Маленький ремонт большому, но хрупкому инструменту нужен каждые 5–7 лет, но на это средств у республики долгое время не было. В 2011 году мастера немецкой органостроительной фирмы «А. Schuke» провели большой ремонт органа. Огромные фуры с техникой, едва ли не полный цех находились в Абхазии, группы мастеров попеременно сменяли друг друга.

После этого в стране возобновились фестивали именно органной музыки. Инструмент жив, он звучит.

При подготовке статьи использованы материалы книги «Орган (краткий исторический очерк). Пицундский орган» Хотелашвили-Инал-ипа М.К.

Наала Авидзба, Sputnik.sputnik-abkhazia.ru

vkfbt@g+ljpermalink

© 2009–2016 АНО «Информационный музыкальный центр». muzkarta@gmail.com
Отправить сообщение модератору