Предстоящие мероприятия







Нижний Новгород
17 декабря 2016

Москва
с 9 января 2017 по 15 января 2017

Читайте на эту же тему







Высокое в Нижнем Новгороде

Добавлено 02 августа 2016 svetlanaviolino

Камерный оркестр «Солисты Нижнего Новгорода», Даниил Гришин (альт, дирижер), Большой зал музея «Усадьба Рукавишниковых», Международный Виолончельный фестиваль «Vivacello», Борис Андрианов (виолончель)

Нижегородские, вернее, горьковские, меломаны со стажем помнят остроумную реплику Дмитрия Шостаковича по поводу Первого (в СССР!) фестиваля современной музыки. Не берусь цитировать, но суть в том, что если так и дальше пойдет, то скоро Москва станет пригородом Горького.

Столь глобальные преобразования останутся, конечно, выразительной гиперболой. Однако кто поспорит с тем, что в Нижнем Новгороде происходят события и по статусу, и по художественному значению достойные культурной столицы? Это случается неоднократно в течение концертного сезона. И героями таких случаев регулярно становится камерный оркестр «Солисты Нижнего Новгорода».

По сути, «Солисты» уже несколько лет не просто оркестр, а творческое объединение, которое активно «креативит» в разных направлениях. Можно начать с афиш. Пусть судят профессионалы, но любители, вроде меня, всегда выделяют их среди афишных коллажей большого города. Они стильные, с интеллектуальной заковыркой-ребусом: не просто информируют о концерте, но заранее сообщают нечто значимое о произведениях, создают нужную тональность восприятия.

«Солисты» с равной самоотдачей сыграют и новогодне-развлекательные программы, искрящиеся всякого рода музыкальными сувенирами и пустячками, и эстетские программы не для всех — с «длинными и тихими» сочинениями серьезных композиторов. Многолетние наблюдения показали, что среди слушателей первых нередко вызревают ценители вторых.

Поскольку коллектив небольшой, он обладает повышенной репертуарной мобильностью.
Я бы даже сказала, жадностью. С энтузиазмом берется за новую и новейшую музыку. Новой иногда может быть и старая, лет 300 назад написанная музыка, которой так и не довелось стать шлягером. Жадность оркестра становится безграничной, когда дело доходит до ранее не испробованной манеры, стиля исполнения. Музыкантам интересно осваивать то, что предлагают им дирижеры, солисты.

Кстати, о предпоследних. Коллектив работает и без них — как самоуправляемая структура. Но эксклюзивные программы рождаются все-таки в сотрудничестве с приглашенными дирижерами. В сезоне 2015–2016 три концерта были подготовлены вместе с дирижером и альтистом (не знаю, что следует назвать первым)Даниилом Гришиным.

Поскольку, несмотря на широкое признание профессиональным сообществом, Гришин пока не стал медийной персоной, о нем следует сказать несколько слов.

Его имя грянуло в 2000 году, когда он, молодой музыкант из Нижнего Новгорода, стал победителем IV Международного конкурса альтистовЮрия Башмета. Первую премию Гришин получил неожиданно для всех. С той победы началась его серьезная артистическая карьера. Даниил был приглашен Гидоном Кремером в «Kremerata Baltica». Как солист выступал в тандеме с великими маэстро — Ю. Темиркановым, В. Гергиевым, В. Полянским и другими мэтрами академической музыки.

С «Солистами Нижнего Новгорода» у Гришина ностальгическая связь:
он играл в этом коллективе в первые годы его существования. Оркестр его любит, и это проявляется в высокой степени доверия к нему как к дирижеру.

В программе, о которой хотелось бы немного рассказать, Гришин-дирижер выступил в дуэте с великолепным виолончелистом Борисом Андриановым. Этот музыкант не нуждается в рекомендациях. Нельзя не добавить только, что его исполнительский стиль вырастает из вокального ощущения инструмента. И эта вокальность игры очень дорога слушателям. Бориса, к счастью, можно увидеть не только в концертных залах, но и в программах телеканала «Культура». Поводами для участия в эфирах становятся и его выступления, и резонанс, вызванный виолончельным фестивалем «VIVACELLO», арт-директором которого он является.

Программа, соединившая «Солистов Нижнего Новгорода», Бориса Андрианова и Даниила Гришина, стала финальной точкой концертного сезона 2015–2016. Концерт прошел 23 июня в Усадьбе Рукавишниковых — архитектурной жемчужине города, в зале с трепетной артистической аурой.

В произведениях, исполненных Борисом Андриановом в сопровождении оркестра, воодушевило то, к чему постоянные посетители концертов «Солистов» должны бы уже привыкнуть. Единство помыслов, единство дыхания — когда оркестр готов умереть за убеждения исполнителя-солиста, а не просто добросовестно аккомпанировать. Если за дирижерским пультом стоит музыкант, который имеет колоссальный опыт игры и в оркестре, и с оркестром (маленький предлог здесь значит многое!), это единство достигает фантастического уровня. В такой гармонии были исполнены Andante cantabile из Первого квартета П. Чайковского (в версии для виолончели и струнного оркестра) и Концерт для виолончели с оркестром До мажор Й. Гайдна. Это единство не составное, не «1+1», а просто «1».

Андрианов и оркестр очень выразительно, неспешно пропели Чайковского.
Всё, как и предписано композитором: анданте — «не торопливо», кантабиле — «певуче». Но солист и «Солисты» не удержались и добавили свою ремарку — «Con anima». Может быть, это вольность, но слушатель, не на секунду не отвлекаясь, был с музыкантами. Да и как тут отвлечься, если виолончель с первых звуков заворожила чародейским тембром: то ли Ратмир, то ли Кончаковна…

Если говорить об исполнении концерта Гайдна коротко, то следует призвать на помощь название программы Сати Спиваковой — «Нескучная классика».

Виолончелист, а с ним и оркестр, играли эту музыку, написанную 251 год назад, с азартом. Причем с азартом современным, я бы даже уточнила — молодежным. Борис Андрианов не оглядывается назад, не сковывает себя мантрами в духе «это же классика, играть надо только так».

Он берет Гайдна за руку и ведет в наш день.
По этому поводу стоит вспомнить комментарии Прокофьева к «Классической симфонии»: «Если бы Гайдн дожил до наших дней, он сохранил бы свою манеру письма и в то же время воспринял бы кое-что от нового». Думаю, Гайдн был бы не против интерпретации своего концерта, предложенной виолончелистом.

Завершала программу Серенада для струнного оркестра Чайковского. У «Солистов» — коронный номер, у дирижера — дебют.

Вступление I части (Pezzo in forma di sonatina) прозвучало значительно, но не пафосно (о чем особо заботился Гришин). Все, как полагается для пьесы, которая «играет» в сонату. Собственно сонатный раздел начался чуть серьезнее, чем просто игра. Вероятно, поэтому эмоциональный тонус части получился на несколько уровней ярче привычного. Возникали порой и драматические блики. Но повышенный градус оказался очень полезным при переходе сонатины в коду. Возвращение темы вступления было органично подготовлено. Пусть в этом не было предписанной автором внезапности (subito) — сама направленность музыкального движения очень убедительна.

Может быть, кому-то в Вальсе — II части Серенады — не хватило легкомыслия, ноток шампанского. Это был вокальный, «поющий» вальс с точными запятыми, тонкими акцентами, направляющими фразу. В контрапунктирующих голосах высветились мотивы, украшающие основную тему. Вальс не головокружительный, но увлекающий. Почему бы нет?

Третья часть, Элегия, получилась самой «гришинской» и самой «чайковской» одновременно. Исполнение Гришина — альтиста, дирижера — всегда отличается тем самым «con anima», о котором уже говорилось.

Дирижер Гришин вживается в музыкальную ткань Элегии, делает высказанное композитором — своим.
Зерна драматизма, которые в этой части не всеми замечаются, дирижер принимает близко к сердцу. В Элегии возникает драматический порыв, устремление души к чему-то прекрасному и заведомо недостижимому.

Важно, что дирижер делает эмоциональное содержание театрально зримым, объемным. Происходящее в музыке понятно так, как если бы это было воплощено в слове. Подобный эффект создается, конечно, не только артистическим вдохновением, но и умной работой с партитурой. Визуальным наваждением становится трепетный диалог между скрипками и виолончелями, напоминающий «белое» Адажио из «Лебединого озера».

А еще эта Элегия — настоящая территория предчувствий.
В ней акварельно, но очень живо предчувствуется медленная часть Пятой симфонии. Сама элегическая тема — сокровенна, искренна, свободна, как и потрясающее соло валторны из симфонии. Перед кодой в Элегии появляются аккорды, которым далеко до агрессивной мощи кульминации II части Симфонии № 5. Но все же и здесь есть заземление, тяжесть. В самой коде, затаившейся на тоническом органном пункте, рождается облако «Пиковой дамы»: тут и вздохи из первой арии Лизы, и тревожные биения четвертой картины.

Финал Серенады (Tema russo) порадовал яркими темповыми решениями. Бодрящим был контраст между очень значительным замедлением в конце вступления и летящим Allegro con spirito. Возможно, темпы, понимаемые как характер, а не только как скорость движения, и рождают ассоциации последней части Серенады с многолюдными шумными сценами моцартовской «Свадьбы Фигаро». А само сочетание западного, «ученого» с «простенькой» русской темой напоминает о желании Глинки связать «узами законного брака» западную фугу и нашу народную музыку.

В целом, Серенада в интерпретации Гришина обрела черты симфониетты.
Классицистские формы не растворились в романтическом потоке. Они подчеркнули глубину лирических откровений.

Хотя маэстро Гришин не считает, что в концерте был выявлен максимум возможностей «Солистов» (он уверен, что проникновенные такты музыканты могут играть еще тише), представленная в Усадьбе программа — высокая точка сезона. Это новая, серьезная высота, взятая Борисом Андриановым, «Солистами Нижнего Новгорода» и Даниилом Гришиным.

На фото: «Солисты Нижнего Новгорода»
Алевтина Бояринцева
www.belcanto.ru

vkfbt@g+ljpermalink

© 2009–2016 АНО «Информационный музыкальный центр». muzkarta@gmail.com
Отправить сообщение модератору