Предстоящие мероприятия






Ростов-на-Дону
10 декабря 2016

Ростов-на-Дону
24 декабря 2016

Ростов-на-Дону
26 декабря 2016

Ростов-на-Дону
29 декабря 2016

Ростов-на-Дону
31 декабря 2016

Читайте на эту же тему







Звук лопнувшей струны. Почему академическое искусство сегодня не в тренде

Добавлено 30 января 2015

Сергей Крылов (скрипка), Ростовский академический симфонический оркестр, Ростовская филармония, Юрий Башмет (альт, дирижер)

«Большинство ростовских музыкантов — альтруисты», считает молодой скрипач Владимир Филатов.

Владимир Филатов, молодой скрипач, вчерашний выпускник консерватории, гастролирует по России и миру, выступал на одной сцене с известными артистами — Юрием Башметом, Виктором Третьяковым, Сергеем Крыловым, Жаном-Люком Понти, Нино Катамадзе, Константином Хабенским…

Досье

Владимир Филатов.

Родился 17 октября 1990 г. В 2009 году окончил Музыкальный колледж при Ростовской государственной консерватории им. Рахманинова (бывшая средняя специальная музыкальная школа). В 2014 году окончил отделение оркестрово-струнных инструментов РГК им. Рахманинова.

Победитель Демидовского международного юношеского конкурса скрипачей (ДеМЮКС), конкурса «Молодые дарования России». Стипендиат Фонда Ростроповича.

Второй концертмейстер Всероссийского юношеского симфонического оркестра под управлением Юрия Башмета.

О проблемах музыкального Ростова, о классике без современников и о цене успеха наш разговор.

Утечка смычков
— Володя, вот ты закончил музыкальный колледж, консерваторию, планируешь, как и многие выпускники, доучиваться за рубежом. А в Ростов вернёшься?

— С одной стороны, не хочется уезжать: дом есть дом, да и трудно решиться вот так взять и уехать. Но в Ростове музыкантам нелегко. Меня друзья-немузыканты часто спрашивают вроде бы в шутку: «Когда ты нормальную работу искать-то будешь?» И этой фразой всё сказано.

Владимир Филатов. Фото: Из личного архива
Я вынужден с сожалением констатировать, что на Западе музыкантам живётся гораздо лучше. Недавно вернулся с гастролей из Италии: там, как и в целом в Европе, совсем другие зарплаты и отношения. У нас музыкантов не воспринимают всерьёз. Я работаю в Ростовской филармонии вторым концертмейстером вторых скрипок и по совместительству солистом и не понаслышке знаю, в каком положении она находится. Начальный оклад оркестранта — около 12 тысяч. Я, имея 2 ставки, получаю чуть больше 20 тысяч. Отсутствует какая-либо реклама, залы полупустые. Недавно увидел в одном торговом центре 2 любопытных островка — в форме Ростовского Музыкального театра и драматического: там продаются билеты, на проекторах показаны отрывки из спектаклей. У меня девушка — актриса, и точно знаю, что заполняемость этих залов совсем другая. И тут дело не в жанровой специфике.

Финансовое положение нашей филармонии очень печальное. Извините за подробности, но в сентябре, пока в Ростове шёл башметовский фестиваль и я играл с его знаменитым оркестром «Солисты Москвы», в туалетах на три дня появились мыло и бумага. О чём тут можно говорить?

Я немало гастролировал по России и с удивлением обнаружил, что во многих городах, которые по площади меньше и по федеральному значению ниже, чем Ростов, ситуация в корне другая. В Астрахани, Белгороде, Кисловодске, Краснодаре, Омске вкладывают деньги в строительство и реконструкцию концертных залов, у музыкантов выше оклады. Многие филармонии получают субсидии, гранты, а работники — губернаторские надбавки к зарплате. И это при том, что Ростов, имея в своём распоряжении консерваторию, филармонию и оперный театр, считается музыкальным центром всего региона!

Наша консерватория, наверное, единственная в России, где нет собственного большого концертного зала. Есть проект строительства, но ему, наверное, лет столько же, сколько и мне. Вдумайтесь: в музыкальном вузе, который по своему значению далеко не последний в стране, концерты проходят, по сути, в двух больших комнатах, которые сложно назвать залами: сомневаюсь, что каждая вмещает хотя бы 500 человек.

Я бы с радостью остался в Ростове, но, посвятив музыке большую часть жизни, невольно задаёшься вопросом: как существовать в этих условиях? Не жить, а существовать. И дело здесь не только в зарплате, хотя от неё никуда не денешься. Как быть, когда твоё искусство никому не нужно, когда залы, в которых ты выступаешь, либо полупустые, либо туда из-под палки сгоняют школьников? С удовольствием играем для всех, но вы же понимаете, о чём я? Большинство ростовских музыкантов — это альтруисты.

Минорное настроение
— Академическое искусство сегодня не «в тренде»…

— Всё идёт от общего уровня культуры, а он прискорбно низок. Для большинства людей музыка — это фон, который сопровождает их в повседневных делах, элемент антуража. Сейчас такое обилие самых разных направлений, что слушателю сложно сориентироваться. И сложился стереотип, что классическая музыка не для всех, а исключительно для интеллектуалов. Глупости. Она для всех и не теряет актуальности. Да, язык классической музыки неподготовленному человеку покажется более сложным, чем, скажем, эстрадной. Поэтому музыкальные школы всегда воспитывали прежде всего слушателей, а не музыкантов. Это как с литературой: есть детские книжки, их язык ребёнку доступен и понятен. Но если ребёнку дать «Преступление и наказание», он, может, и прочитает роман целиком, но ничего не поймёт — от лексического значения некоторых слов до общей идеи. Я вижу проблему в том, что в современных общеобразовательных школах музыка проходит мимо детей. Да что уж там: литература тоже проходит мимо.

Когда-то в России было принято, чтобы каждый член семьи владел инструментом, и по выходным устраивали домашние концерты. А сейчас многие очень смутно представляют, чем виолончель отличается от гитары. Иногда спрашивают про Башмета: «Как он тебе как скрипач?» Отвечаю: «Как скрипач, наверное, не очень. Он же альтист всё-таки».

— Сотрудничать с артистом такого уровня — большая удача. Как вы познакомились?

— Год назад, когда в Ростове проходил первый башметовский фестиваль, Юрий Абрамович устроил прослушивание и отобрал меня и ещё четверых ребят для своего юношеского симфонического оркестра. В нём играют молодые музыканты со всей страны. Мы ездили на гастроли по России, играли на закрытии Олимпиады и зимнего музыкального фестиваля в Сочи. После этого мне посчастливилось выступать с Башметом в Москве, Италии, Крыму.

Стенография чувств
— Хороший музыкальный инструмент стоит немыслимых денег. На какой скрипке ты играешь?

— Вопрос об инструментах очень болезненный, особенно если вернуться к разговору о зарплатах. Я сейчас играю на скрипке ростовского мастера Андроника Ягубьянца, который даёт её безвозмездно. Это просто невероятная любезность с его стороны: в наше время многие музыканты арендуют инструменты, как квартиру или машину, за немалые деньги. Я бы с удовольствием выкупил эту скрипку, но пока сумма для меня неподъёмная. Приличный инструмент, который не утонет в оркестре без каких-то дополнительных микрофонов, сегодня стоит не меньше 150 — 200 тысяч рублей. Я уж и не говорю о старинных скрипках кремонских мастеров Страдивари или Гварнери. Цены на инструменты только растут.

На Западе молодым исполнителям помогают частные банки, меценаты, местные власти. Филармонии и музтеатры тоже предоставляют своим оркестрантам хорошие инструменты. У нашей филармонии нет возможности помочь даже с ремонтом скрипки.

— Многие музыканты выступают на теплоходах, по ресторанам. Говорят, это неплохой заработок…

— «Халтурное» музицирование — это хорошо оплачиваемое, но совершенно иное ремесло, и подчас даже высококлассные академические исполнители с ним не справляются. Отличается всё — от репертуара до подачи. Я играл в ресторанах, и однажды люди отказались платить за выступление, потому что это «не формат». Но бывает и так, что гости радуются, когда вместо шансона и ожидаемых ресторанных шлягеров слышат сонаты Бетховена и партиты Баха. Мне всё равно, где выступать: с одинаковым чувством сыграю для зрителей и Большого зала Московской консерватории, и ресторана. Важно, ЧТО играть.

— Лев Толстой писал, что музыка — это стенография чувств. Ты упомянул про девушку-актрису: каково двум творческим людям быть вместе?

— Лена играет в театре Горького. Я не учился в общеобразовательной школе, поэтому круг общения с детства состоял в основном из музыкантов. Не хочу показаться высокомерным, но однажды поймал себя на мысли, что трудно заводить отношения с людьми, далёкими от искусства. Если ты дышишь с человеком одним воздухом, он всегда тебя понимает. Мы с Леной дышим одним воздухом…

Статья из газеты: Еженедельник «Аргументы и Факты» № 3 14/01/2015www.rostov.aif.ru

vkfbt@g+ljpermalink

© 2009–2016 АНО «Информационный музыкальный центр». muzkarta@gmail.com
Отправить сообщение модератору