Предстоящие мероприятия

Белгород, Губкин, Старый Оскол
декабрь 2016






Белгород
7 января 2017

Читайте на эту же тему







Очарование классицизма: Тэ-Хен Ким выступил с симфоническим оркестром Белгородской филармонии

Добавлено 22 декабря 2014 Marina Andreykina

Большой зал Белгородской филармонии, Белгородская филармония, Наталья Гирявенко, Симфонический оркестр Белгородской филармонии, Марина Андрейкина

19 декабря 2014 года в Большом зале Белгородской государственной филармонии состоялся концерт абонемента «Симфонические шлягеры», в котором в исполнении Симфонического оркестра под управлением заслуженного деятеля искусств Украины Рашита Нигаматуллина и солиста-виртуоза Тэ-Хен Кима (фортепиано, Южная Корея) звучала музыка венских классиков — Гайдна и Моцарта.

Классика всегда в моде — в этом можно было без труда убедиться, посетив уникальный классический вечер в Белгородской филармонии. Классическим концерт был не только потому, что в нём звучала музыка венских классиков Й. Гайдна и В. А. Моцарта и исполнялись «образцово-показательные» (по словам ведущей концерта Н. Гирявенко) произведения в жанре симфония и концерт. Даже сама атмосфера была одухотворённо классической.

Рекордсмен по количеству созданных симфоний (всего 104 симфонии), австрийский композитор Йозеф Гайдн является одним из основоположников симфонии. В его «Парижских» и «Лондонских» симфониях наблюдается утверждение классических закономерностей этого жанра, характерного тематизма и приёмов развития.


12 «Лондонских» симфоний Гайдна — это, пожалуй, самые известные его инструментальные сочинения, создавшие бренд не только самому жанру симфонии, но и вписавшие золотыми буквами в историю имена «Гайдн» и «Лондон».

Две «Лондонских» четырёхчастные симфонии Йозефа Гайдна — № 97 и 104 — погрузили слушателей в прекрасный мир классицизма. Уже в первом отделении концерта царствовали классическая ясность, красота и выверенность форм. Казалось, эти симфонии вместили в себя необъятное: и простое созерцание, и радость бытия, и калейдоскоп сменяющих друг друга образов, в которых есть место образам самым разным — от светлых и беззаботных до мрачных и склонных к каверзам различного рода.

97-я симфония до мажор — бесконечный кладезь элегантных музыкальных причуд, мелодических и ритмических — представила оркестр тончайших деталей, с главенством, разумеется, струнных, звучавших необыкновенно выразительно и тонко, вместе с выразительными соло духовых — гобоя (В. Шевченко), флейты (А. Уварова), «выкриками» валторн (Т. Скуднов, А. Лунёв), ударами литавр (С. Коваленко).

Яркая, насыщенная картина жизни, бурлящая радостью, блеском, и в то же время, местами, становящаяся размеренной и спокойной (вторая часть). Медные (трубы — А. Долинский, Н. Пустовит), достаточно скромно звучащие поначалу, тем не менее, дополнили общую атмосферу музыкального водоворота, в котором на первом месте оказались классическая рельефность, чёткость и строгость.

Арпеджированные ходы (в основном нисходящие) в мелодии легко сменялись тонико-доминантовыми созвучиями и ликующими автентическими оборотами (в третьей части и финале).

Последняя в череде «Лондонских» 104-я симфония Гайдна ре мажор (которая часто ассоциируется с Саломоном — тем самым известным скрипачом, устроившим композитору гастрольные поездки в Лондон), прозвучавшая следом, представила сходный образный мир, с изложенными в сонатном аллегро главной и побочной темами практически целиком струнными, с прозрачными ансамблями и перекличками струнных и деревянных духовых.

Парный состав оркестра (две трубы, две валторны, без тромбонов и тубы) был и в 97-й симфонии, однако здесь он обеспечил более напряжённо-драматическое начало, в котором, всё-таки, присутствовали лёгкость, жизнерадостность, атмосфера праздника жизни.

Изящные «бантики», галантные поклоны, настроения грусти и полные торжества и озорства ликования, — всё это угадывалось в музыке Гайдна, оригинальную интерпретацию которой вынес на суд публики главный дирижёр оркестра, заслуженный деятель искусств Украины Рашит Нигаматуллин.

Второе отделение началось с радостного события — с вручения директором филармонии Боруха Светланой Юрьевной от имени Министра культуры РФ Владимира Ростиславовича Мединского Благодарности, предназначенной белгородской виолончелистке, артистке симфонического оркестра филармонии, концертмейстеру группы виолончелей Александровой Ирине Джоновне, — «за большой вклад в развитие культуры».

Трёхчастный концерт для фортепиано с оркестром № 25 до мажор В. А. Моцарта в исполнении Тэ-Хен Кима — это то событие, которого с нетерпением ждали все присутствующие в этот вечер.

Один из самых известных южнокорейских музыкантов современности, лауреат девяти (!) международных конкурсов, воспитанник трёх (!) высших учебных заведений (Корейского Национального Университета Искусств, Московской консерватории и Мюнхенской высшей школы музыки)пианист Тэ-Хен Ким, интервью с которым мы публиковали ранее, буквально с первых же звуков восхитил белгородскую публику.

Продолжительное трёхминутное оркестровое вступление, радостные аккорды, замирающая тишина пауз и… вот они, завораживающие пассажи фортепиано.

Свобода исполнения солиста чувствовалась с самого начала, где слились воедино моцартовская изобретательность и игривость, лёгкость прикосновения и в то же время глубина тембра, неограниченная техническая свобода и энергичные подхватывания.

Публика с интересом внимала каденцию солиста (в точке золотого сечения первой части), в которой всё было приковано к тому, как умело исполнитель смог передать то состояние, которое было заложено композитором.

Поющие трели, мягкие воздушные восходящие мелодические взлёты фортепиано второй части, плавность «перетеканий» соло в оркестровое изложение музыкального материала, хороший звуковой, тембровый и образный баланс солиста и оркестра, — состоялся настоящий разговор-диалог фортепиано и оркестра.

Здесь было место и победоносным образам первой части, и полной романтике и сентиментальности второй, и искромётно-блестящему финалу. Три части концерта пронеслись, как «путь к счастью», оставив нотки классической красоты и обаяния…

Публика, очарованная всей этой классической красотой и совершенно великолепным пианистом, не смогла отпустить музыкантов без «биса». И тут всех ждал ещё один приятный сюрприз — лирическое ми-минорное «Интермеццо» мексиканского композитора Мануэля Понсе, которое проникновенно и изящно исполнил Тэ-Хен Ким, подарив дополнительные минуты истинного блаженства.

Специально для А-фишки, Марина Андрейкина (фото Антона Черева)

Дата публикации: 20.12.2014

vkfbt@g+ljpermalink

© 2009–2016 АНО «Информационный музыкальный центр». muzkarta@gmail.com
Отправить сообщение модератору