Предстоящие мероприятия







Читайте на эту же тему



06 апреля 2014




«Событие, властно востребованное временем» или «Мы наш, мы новый мир построим»

Добавлено 06 апреля 2014 Maria Makarenko

Зал Калининградской филармонии, Мария Макаренко (орган, фортепиано), Александр Князев (виолончель, орган), Константин Волостнов (орган), Алексей Шмитов (орган), Евгений Авраменко (орган)

С 22 по 28 октября 2012 года в Калининграде проходил Первый Всероссийский музыкальный конкурс по специальности «Орган». Именно так официально называется мероприятие, организованное Министерством культуры России, Правительством и Министерством культуры Калининграда и Российской государственной концертной компанией «Содружество».

Почему опять «Первый»? – задаются вопросом многие, так как тут же вспоминается Первый Всероссийский конкурс органистов, проходивший в 1988 году в Москве в ГЦММК имени М.И. Глинки по инициативе О.Г. Янченко. Заметим, что официальным устроителем тогда выступило Министерство культуры РСФСР. Далее выстраивается ряд последующих конкурсов, правда, не сохраняя объявленную трехлетнюю периодичность по известным историческим и экономическим причинам в стране: второй (1991), третий (1996), четвертый (2000). Последний, пятый Всероссийский, проводился в 2007 году в Казани так же под покровительством Министерства культуры России.

Интересен выбор места для состязания органистов. С одной стороны Калининград это самый западный крупный город России, стоящий на немецких землях, а значит, тесно связан с культурой западной Европы, что благотворно влияет на развитие в этом регионе некогда утраченных органных традиций. В городе, как известно, находятся два больших концертных органа – в Филармонии (здание бывшей лютеранской церкви) и в Кафедральном соборе на острове имени И. Канта – на которых играли конкурсанты.

С другой стороны, Калининград прочно ассоциируется в органном мире с Международным конкурсом органистов имени М.Л. Таривердиева, который проводится уже на протяжении четырнадцати лет, начиная с 1998 года. Отыщется ли еще в мире место, где проходят два значимых и во многом пересекающихся конкурса для музыкантов-органистов? Мало того, конкурс пришлось втиснуть поперек фестиваля «Орган+», проводимый в этот же период времени в Филармонии.

С формированием жюри были некоторые сложности. Изменения происходили на глазах, корректировка шла вплоть до начала конкурса. В итоге состав оказался таким: председатель – Заслуженный артист России Александр Князев, члены жюри – доцент Новосибирской консерватории Н. Багинская, профессор Нижегородской консерватории Т. Бочкова, заслуженная артистка России, заслуженный деятель искусств России, профессор Московской консерватории Н. Гуреева-Ведерникова, ассистент кафедры органа и клавесина Московской консерватории К. Волостнов, Заслуженный деятель искусств России и Украины, профессор Московской консерватории, композитор В. Кикта, Заслуженный артист России, профессор РАМ имени Гнесиных А. Фисейский, Народный артист В. Хомяков, старший преподаватель Московской консерватории и РАМ имени Гнесиных, А. Шмитов. Из перечня виден значительный перевес представителей московской органной школы, в состав не вошли почему-то представители органных школ из Санкт-Петербурга и Казани. Зададимся вопросом, а нужно ли такое многочисленное жюри? Изначально было заявлено одиннадцать(!) человек.

Несколько слов надо сказать о СМИ. Вялое впечатление оставила пресс-конференция, проводимая организаторами накануне первого тура. Со сцены Калининградской областной Филармонии были произнесены традиционные приветственные слова Министром культуры Калининградской области С. Кондратьевой, главным редактором газеты «Музыкальное обозрение» А. Устиновым... Вопросов от прессы было ничтожно мало, словно событие всероссийского масштаба не вызывало заинтересованности, либо, все настолько было ясно, что требовалось соблюдать деликатное молчание. Как это не покажется странным, в интервью, взятых в рамках проводимого конкурса, журналистов больше всего беспокоил вопрос о состоянии инструмента в Филармонии. Здесь есть о чем волноваться, так как орган находится в весьма удовлетворительном состоянии, имея большую концертно-фестивальную и конкурсные нагрузки, и, безусловно, нуждаясь в ремонте, который не проводился с момента установки.

Первый Всероссийский музыкальный конкурс позиционируется как возрождение традиций Всесоюзных конкурсов (первый – 1933 год, Москва), а это четырехлетняя цикличность, охват всех академических специальностей и участие всех регионов нынешней России. Об этом можно узнать из небольшой статьи в буклете «О конкурсе» заслуженной артистки России и музыковеда Г. Боевой-Машинской. Также декларируются цели и смысл конкурса, затрагиваются важные и острые проблемы новейшей эпохи музыкальной культуры России: престиж профессии музыканта, многочисленность и сомнительность состязаний, критерии исполнительства, объединение музыкантов, поиск и поддержка талантливой молодежи и другое. Конкурсу вменяется решать сложные задачи, накопившиеся за последние два десятилетия.

Итак, на конкурс было подано всего 15 заявок, из них только 11 молодых музыкантов прибыло к месту состязания. Наверное, этому помешал перенос сроков на месяц позже. Отборочный тур в округах (напомним, Россия поделена на восемь федеральных округов) не проводился, как происходило до этого на других специальностях. Неудивительно, что в основном собрались органисты из Центрального округа – 6 человек. Из Северного и Сибирского округов по 2 человека, из Поволжья – один. Объяснение простое – невостребованность данной специальности из-за малого количества инструментов и сложности с получением образования уже на уровне среднего звена.

Программа, предложенная конкурсантам, была достаточна умной и серьезной, в какой-то мере типичной. На первом туре одна из шести трио-сонат И.С. Баха, прелюдии, токкаты Д. Букстехуде, Н. Брунса; на втором – большие прелюдии, токкаты и фуги, Пассакалия, Хоральная прелюдия И.С. Баха, одна из трех сонат Ф.Мендельсона (№ 1, 4, 6); на третьем – свободная программа до 35 минут, включающая сочинения композиторов-романтиков второй половины XIX – начала ХХ века. Особенностью конкурса стали обязательные не часто исполняемые сочинения С. Танеева, А. Глазунова и Х. Кушнарева, а так же опус современного отечественного композитора по выбору конкурсанта. Такая многоплановость позволяет разносторонне показать органистам, а жюри оценить, приобретенные знания, умения и мастерство интерпретации.

Возрастной ценз участников был определен с 16 до 32 лет. Однако, зная специфику органного образования в России, серьезная подготовка органиста в основном начинается в консерватории. И даже по окончании ВУЗа многие стараются продлить свое обучение на стажировке, в аспирантуре или заграницей.

Проблемы довольно очевидны: недостаток теоретических знаний, концертного опыта, практического общения с разными инструментами, финансовая недоступность приобретения инструмента. Несмотря на то, что в некоторых крупных городах открыты классы органа в музыкальных колледжах и даже в ДМШ (Москва, Санкт-Петербург, Нижний Новгород, Пермь, Новосибирск, Калининград), не распространено последовательного трехступенчатого органного образования: школа-колледж-консерватория. Для сравнения, в конкурсе 1988 года возраст ограничивался сорокалетием, в конкурсе имени М. Таривердиева – до 36 лет, в конкурсе имени В.К икты – также до 40 лет.
О нижней планке возрастного ограничения рассуждения будут более очевидными. Это возраст начала обучения в колледже. Даже начав заниматься в классе органа в 8–10-летнем возрасте, охватить такую серьезную и протяженную программу проблематично.

Обратим внимание, что программа конкурса была объявлена за полгода – это весьма короткий срок для подготовки с ограниченным выбором произведений и обязательными сочинениями.

Первый и второй туры проходили в Филармонии на трехмануальном органе «Rieger-Kloss» (Крнов, 1982). Сложности у конкурсантов возникли сразу. Камнем преткновения оказались обязательные Хоральные вариации С. Танеева – сочинение, «представляющее собою настоящий «Kabinetstück», тем не менее, до некоторой степени грешит недостаточным единством стиля, а, быть может, и недостаточным единством вообще». Так отзывался Ж. Гандшин в статье «Русская музыка для органа» (1918). Для исполнения этих вариаций требуется владением хорошим legato, регистровое выстраивание формы, фактурный анализ, да и просто интерес к истории создания сочинения. К сожалению, никто из конкурсантов по-настоящему убедительно не исполнил это сочинение. Так же были регистровые затруднения в трио-сонатах И.С. Баха. Возможно, не хватило опыта регистровки на большом инструменте с рюкпозитивом.

Ко второму туру было допущено семь органистов. Как это часто бывает, трудным испытанием на этот раз оказались баховские циклы, вызывающие много педагогических споров. Конкурсанты играли достаточно осторожно, не хватало исполнительской уверенности в воплощении художественных концепций. Современные сочинения отечественных композиторов были представлены следующими именами: И. Рехин, В. Кикта, Д. Смирнов, Е. Васильев, Д. Дианов. Интересен факт: жюри не имело копий нот, исполняемых произведений, хотя некоторые пьесы были им не знакомы и судило исполнение конкурсантов на слух.

Финальные баталии конкурса, а к ним допустили четырех человек, проходили в Кафедральном соборе на роскошном четырехмануальном органе немецкой фирмы A. Schuke (Потсдам, 2007) – настоящий подарок для органиста. Назовем участников: Евгений Авраменко, Егор Колесов, Мария Лебедева и Александр Новоселов. Все они представили разнообразные программы по своему желанию, но с обязательным произведением – Фантазией op.110 А. Глазунова или Пассакалией и фуги Х.Кушнарева. На репетицию каждому конкурсанту третьего тура давалось по два часа и 30 минут в день прослушивания (на первом-втором турах по одному часу). Оказалось этого времени совсем не хватило одному из финалистов – Е. Колесову, ему пришлось во время своего выступления испытывать терпение жюри и публики, набирая регистровки и обсуждая с ассистентом включения-выключения, растянув свое выступление до одного часа и пятнадцати минут. Напомним скандальный момент, произошедший на Международном конкурсе имени П.И. Чайковского, когда выступление пианиста А. Коробейникова превысившее всего на несколько секунд, вызвало негодование жюри и последующую дисквалификацию.

Обсуждение финалистов проходило с эмоциональным накалом, были слышны не просто громкие возмущения, а бурные дискуссии.

В итоге премии распределились следующим образом:
1-я премия, 240000 рублей и звание лауреата – Е. Авраменко (Москва);
2-я премия, 180000 рублей и звание лауреата – А. Новоселов (Санкт-Петербург);
3-я премия – не присуждена;
Два диплома – Е.Колесов (Москва) и М. Лебедева (Санкт-Петербург).

Специальных и дополнительных премий не вручалось.

Хотя победителей не судят, но все же попробуем объяснить такой расклад результатов. Выступление Марии Лебедевой, несмотря на многие достоинства, было суетливым и неспокойным. Этому способствовала фрагментарность в составлении программы (1-я часть из сонаты №2 П. Хиндемита, небольшие пьесы П. Эбена, Э. Ваммса и Н. Хакима), неприлаженность к инструменту и усталость. Обязательная пьеса А. Глазунова не прозвучала как единое по форме и масштабное по подаче произведение у обоих конкурсантов, получившие дипломы.

В игре Егора Колесова отметим аккуратность и бережность, внешнее спокойствие, но в тоже время эмоциональная вялость, заторможенность в передаче образов, монотонность, не внимание к многогранности артикуляции, игра общим планом. Из всей программы (И.С. Бах Фантазия и фуга соль минор, С. Франк Прелюдия, фуга и вариация, М. Дюруфле Токката, В. Аубертин Пассакалия) наиболее убедительно прозвучала пьеса современного автора.

Александр Новоселов порадовал крепкой программой («BACH» Ф. Листа, две части из Симфонии № 1 Л. Вьерна, Рондо Х.-А. Штамма, Пассакалия Х. Кушнарева), сыгранной по-настоящему зрело и в тонусе. Можно сказать, что это было самое удачное выступление из всех туров. Вероятно, небольшие просчеты в регистровом плане отделили конкурсанта от высшей награды.
Удачно выбранные произведения (А. Риттер Соната № 1, Ф.Лист «Weinen, Klagen», Х.Кушнарев), их лаконичность в построении выступления способствовали добротному и достойному исполнению Евгения Авраменко. Стойкая уверенность, присутствующая на всех этапах состязания привела музыканта к победе на конкурсе.

Многое еще остается за скобками, но, подытожим сказанное. Без сомнения, Первый Всероссийский музыкальный конкурс по специальности «Орган» занял свое место в истории. Выводы, которые можно сделать, пока неоднозначные. Не вооруженным взглядом видно недоверие, неприязнь, сепаратность как в рядах самих органистов, так и между государственными чиновниками и музыкантами.
Можно согласиться со словами Г. Боевой-Машинской, что «именно этого конкурса и не доставало» для начала наведение порядка: это важный стратегический аргумент, требующий совместной кропотливой работы обеих сторон для воплощения значимого результата.

Отметим и положительные стороны, коих было не мало. Прежде всего, привлекательные финансовые условия (оплата проезда до Калининграда и проживания, трехразовое питание), гостеприимство встречающей стороны, готовность помочь в вопросах. Хорошее денежное вознаграждение для лауреатов. Культурная программа для жюри (посещение музеев, поездка в Светлогорск) и достаточно объективная работа в качестве судейства.

В завершении хотелось бы выразить надежду на исправление просчетов в подготовке и работе конкурса, налаживание конструктивного диалога со специалистами и мирного разрешение накопившихся музыкальных проблем в новейшей истории России.

Мария Макаренко

vkfbt@g+ljpermalink

© 2009–2016 АНО «Информационный музыкальный центр». muzkarta@gmail.com
Отправить сообщение модератору