Читайте на эту же тему





H-опера: на пути к прорыву

Добавлено 19 июля 2020 Елена Прыткова

Елена Прыткова

Этот сезон Нижегородского театра оперы и балета явно войдёт в историю — не только тем, что фактически окончился намного ранее обычного срока из-за пандемии коронавируса (живые спектакли завершились уже в середине марта), но и тем, что в театре разом обновилась вся управляющая «верхушка», пришли абсолютно новые кадры на позиции директора и его заместителей по художественному руководству балетом и оперой (напомним, что ими стали соответственно Александр Топлов, Морихиро Ивата и Дмитрий Белянушкин). 32-летнее правление (иначе и не скажешь, ведь даже в Большом театре директора меняются чаще) предыдущего директора Анны Дмитриевны Ермаковой подошло к концу, сформировав театр консервативного плана, словно замерший в своих поисках где-то в пятидесятых-шестидесятых годах прошлого века (особенно это было заметно по опере, где в большинстве спектаклей сохранялась, согласимся с критиком А. Матусевичем, эстетика «условно советского» большого стиля.) Правда, в последние годы, когда главным дирижёром стал Ренат Жиганшин, наметилась какая-то новая струя: это и обновление репертуара в сторону отхода от классики (что продемонстрировали такие оперы, как «Анна-Марина» и «Казаки»), и более активный стиль работы в целом (увеличилось количество как оперных, так и балетных премьер.) Однако, изменение в управленческом корпусе региона (приход нового губернатора и через какое-то время нового министра культуры), как у нас обычно бывает, оказали влияние на кардинальный подход в деле смены руководства Оперного. В этом смысле показательно, что выбранная команда подчеркнуто не нижегородская, и таким образом, не связанная с предыдущей ни в личном, ни в творческом плане.
Итак, от команды Александра Топлова ждали изменения управленческой и репертуарной политики, внедрения новых идей, которые вполне могли быть подчерпнуты кандидатами из прежней столичной жизни — ведь все трое имели опыт работы в известных московских театрах: кто в Большом, кто в МАМТе. Напомним, что поиски продолжались довольно долго (до этого полтора года театром управлял и.о. директора Владимир Быков, а скорее всего та же Анна Ермакова, ушедшая на должность начальника отдела по связям с общественностью.) В итоге назначение состоялось в июле 2019 года, практически накануне очередного отпуска труппы. Это значило, что основные планы на следующий сезон уже были определены и новичкам придётся действовать с учётом этих «предложенных обстоятельств». При этом был внятно озвучен и основной месседж регионального министерства культуры, формулируемый кратким словом «прорыв» («Мы вправе ждать от новой творческой команды прорыва Нижегородского театра на оперной и балетной сцене страны при сохранении основной части существующего коллектива театра. Наш театр должен соответствовать вызовам времени, растущей конкуренции и новым задачам в сфере культуры», — заявляла тогда министр Надежда Преподобная.) То есть команде Александра Топлова предстояло провести сезон удивительным образом вписывая новые страницы в уже сочиненную историю — задача, как представляется, явно не из простых. В силу этих обстоятельств сезон 2019/20 привлек повышенное внимание общественности, поэтому нам представляется интересным рассмотреть его в деталях, осознать, насколько изменился театр за это время и в какую сторону он движется — с новой творческой командой.

Театр не оперы, но балета
Нынешний сезон был отмечен сильным балетным «креном». Именно балет стал главным медийным событием первого года новой команды, сильно «пододвинув» оперу. Этому факту, конечно, есть объяснения: во-первых, в лице нового балетмейстера Морихиро Ивата директор заполучил невероятно работоспособного человека, в кратчайшие сроки способного подготовить спектакли, выступая в разных амплуа (репетитора, постановщика, артиста.) Во-вторых, очевидно, что сам господин Топлов вовсе не равнодушен к этому виду искусства (известно, что он является кандидатом в мастера спорта по бальным танцам, а также преподает танец в Гнесинской академии). Немаловажным представляется и сам факт сложившегося творческого союза между Топловым и Ивата (за плечами у них балет «Красавица Ангара» в Бурятском театре оперы и балета), который вполне мог бы иметь продолжение уже в Нижнем Новгороде (что и подтвердилось на постановке «Корсара».) Итак, начиная с открытия сезона публику стали баловать всевозможными премьерами. В сентябре была представлена «Шопениана, или Японские этюды» — хореографическая композиция по двенадцати фортепианным этюдам Шопена op.10 (в постановке Морихиро Ивата и с его участием). Далее театр выпустил две масштабные премьеры — балет «Безымянная звезда» Владимира Качесова, который готовился ещё в предыдущем сезоне и прежней командой (балетмейстер-постановщик Андрей Петров, дирижёр Ренат Жиганшин) и «Корсар» Адана, полностью продукт новой команды (балетмейстер-постановщик М. Ивата, дирижёр А.Топлов.) Александр Топлов и Морихиро Ивата перед началом нового сезона

Во второй половине сезона зрителей ждали ежемесячные, в двух отделениях «Вечера балета», также был анонсирован и ожидал скорейшего воплощения новый балет «Легенда о Щелкунчике» (создаваемый по заказу театра.) Балетные формы оказались весьма гибким инструментом для того, чтобы быть интересными и публике: их палитра простирается от классики до современности (современная хореография, в целом отсутствующая в театре, дозировано представлена именно на «Вечерах балета»), занимает разный временной отрезок (от 40-минутной «Шопенианы» до двухчасовых больших балетов), даёт место для экпериментов («Легенда о Щелкунчике» заявлена как cinema-ballet). Кроме того, балет — прислушаемся к мнению гендиректора Большого театра Владимира Урина — лучше воспринимается публикой и лучше продаётся, что важно для театра. Балетные постановки новой команды вызвали заинтересованное обсуждение в соцсетях и получили в целом положительный отклик в театральном сообществе. Кроме того, в балете «Корсар» директор проявил себя не только в административном, но и в артистическом плане: его дирижерский дебют в Нижнем стал ярким событием, зафиксировавшим качественный скачок в звучании оркестра театра. Бурные балетные полсезона увенчались для тандема Топлова и Ивата получением премии «Пробуждение» как знака одобрения экспертным обществом того нового курса, которым двигался театр.

А что же опера?
На фоне балетных достижений оперный цех театра демонстрировал, увы, противоположные качества. Фактическое отсутствие оперных премьер было весьма заметно и стало одним из главных разочарований сезона (в том числе, если сравнивать с предыдущими годами с нормой в два спектакля за сезон.) Буквально с первых дней работы новичков мы слышали обещания поставить «Свадьбу Фигаро» Моцарта. Выпуск был намечен на апрель 2020 года, но по известным причинам не состоялся.
Анализируя ситуацию, можно сказать, что у двух заместителей директора были одинаковые стартовые позиции, а это значит, что там, где появилась «Шопениана» в качестве балетной «визитки» нового хореографа вполне ожидаем был и оперный ответ нового режиссёра (например, небольшая опера с немногочисленными участниками — скажем, «Служанка-госпожа» Перголези или, скажем, «Бедная Лиза» Десятникова.) Удивительно, что молодой режиссер Белянушкин, казалось бы бросивший все силы на «Свадьбу» и не отвлекающийся больше ни на что в театре, не смог — подобно Ивата — выдать на гора так ожидаемую премьеру. Как говорится, обещать ещё не значит жениться. Даже в грядущем сезоне 2020/21 «Свадьба Фигаро» и то отодвинута на ноябрь…
Если зреть в корень, то репетиции «Свадьбы Фигаро» (для того чтобы представить оперу в реалистичные сроки, то есть не позднее «Корсара» в декабре) надо было начинать с о старта сезона, что, судя по всему, не было сделано. Сам выбор этой оперы, предложенной именно господином Белянушкиным (отсутствие результата при наличии особой мотивации тем более удивительно!), представляется не столь очевидным для театра — по нескольким причинам. Во-первых, итальянский язык, на котором планировалось её исполнять — это большая нагрузка на певцов, учитывая огромное количество речитативных эпизодов в опере и, в общем, отсутствие необходимого языкового опыта у труппы (исполнения на итальянском последний раз были в девяностых (!) годах.) Кроме того, амбициозная постановка «Свадьбы Фигаро» на итальянском фактически ставила крест на предыдущей моцартовской работе театра — «Так поступают все» 2015 года, подготовленной на русском языке (а стало быть, вне современного оперного тренда.) Во-вторых, оказалось, что некоторых ключевых персонажей оперы, на которых режиссер хотел делать ставку, в театре просто нет (например, Сюзанны — супруги Фигаро), поэтому был объявлен кастинг, что затянуло процесс постановки (кастинг прошёл только в ноябре.) В-третьих, процент приглашенных со стороны в постановку достаточно внушителен — это и дирижёр спектакля Иван Великанов, и главный художник Виктор Шилькрот в компании с создателями костюмов и художником по свету, и итальянский коуч Джанлука Пальюзо, и объявленные на премьеру «внештатные» Фигаро и граф Альмавива — Олег Цыбулько и Константин Сучков (с их участием должны были пройти апрельские показы). Кроме того, новая опера требовала приобретения клавесина (для сопровождения речитативов) и экрана (для синхронного перевода текста на русский.) Безусловно, что всё это не только затрудняло постановку, но и сильно отразилось на бюджете спектакля — а в итоге и на финальной стоимости билетов. Кстати, к слову о ценах в завершённом сезоне. Их повышение с самого начала директорства Топлова стало заметно. Скажем больше — такого скачка цен в театре давно уже не было: на балетные премьеры расценки дошли до рекордных 1000 и 1500 рублей, оперные — чуть ниже, но также достигают «потолка» в 1000 рублей. Средняя стоимость билетов колеблется в районе 500−700 рублей, что заметно выше прошлого сезона. Возвращаясь к вопросу выбора оперы отметим, что возможно, лучшим решением для первого сезона была бы постановка какой-нибудь русскоязычной оперы 20 века, с разнообразными задачами для солистов и хора (кстати, в «Свадьбе Фигаро» хор представлен весьма скромно). Современный (или близкий к нему) репертуар театра совсем незначителен (в опере это «Казаки», «Анна-Марина») и такой ход был бы более уместен и более реалистичен в своём исполнении.

Н-театр
Заметным и прогрессирующим в ходе сезона стал акцент не только на балете, но и на специальном пиар-сопровождении событий театра. Дирекция привлекла к сотрудничеству глянцевый журнал «НН.Собака.ru», который регулярно стал писать о театре, также более активно стали развиваться его официальные группы в соцсетях, и именно с этого сезона у театра — наконец — появился свой ютуб-канал и инстаграм. Заметно, что театр стал вкладываться и в видео-рекламу спектаклей, осуществленную на профессиональном уровне. Одним из основных посылов такой медиа-активности стала забота о формировании нового образа театра, привлекательного для более молодой аудитории («Мне кажется, с помощью некоторых шагов, например, светской премьеры, которую мы организовали перед балетом „Корсар“, нам удалось привлечь группу людей в возрасте 20—40 лет»? — заявил господин Топлов в недавнем интервью «Столице Нижний»). Эта инвестиция в платежеспособную и активную группу представляется вполне разумной. Другое дело, что была выбрана только одна стратегия вовлечения — зазывать на спектакли с помощью элементов ивента, делать поход в театр подчеркнуто светским событием с необходимой фиксацией этого статуса в публичном пространстве (рубрика «светская премьера» в журнале «Собака»). Отметим, что другая стратегия, которая сейчас, кстати, активно используется во многих столичных оперных театрах для привлечения зрителя, в том числе и молодого — создание параллельной образовательной программы (лекции, дискуссии, открытые репетиции) — оказалась совсем не востребованной. Возможно, это связано с тем, что директор не видит прямой конкуренции Оперному («Прежде всего надо сказать, что наш театр — это единственный театр оперы и балета в Нижнем Новгороде. На эту нишу кроме нас никто не претендует», — заявлял он в интервью.) Правда, с этим суждением можно поспорить — конкуренты у театра всё же есть: это и Камерный музыкальный театр, ставящий мюзиклы и оперетты; это и филармония, где периодически исполняют оперы, в том числе и московские артисты (как в концертных версиях, так и с элементами постановки); также оперное искусство представлено проектами «Опера на экране» в Арсенале и трансляциями из Метрополитен-опера в кинотеатрах. Кстати, понимание этой ситуации могло бы оказать решающее действие на формирование новой репертуарной линии, особенно в оперном жанре. Но, возможно, причина не обращения к интеллектуальным формам продвижения кроется и в другом — в театре, да и в самом городе ощущается недостаток профессиональных кадров, готовых на высоком уровне провести лекции и дискуссии, а приглашать каждый раз специалистов из Москвы слишком накладно.
Усиленное присутствие в медийном пространстве тем не менее имело и свои особенности, на наш взгляд, бросающие тень на имидж театра. Некоторые акции театра (не связанные собственно с постановками), но вынесенные в публичное пространство, не были до конца продуманы, а где-то и осознаны как необходимые. Так, после состоявшегося кастинга вокалистов, на который съехались более 200 участников, так и не были объявлены те, кто был в итоге зачислен в труппу (хотя, действуя до конца, можно было бы не только представить артистов, но и сделать концерт-презентацию с их участием.) Такая же невнятная ситуация была у театра и со сменой бренда. Тот самый новый логотип театра

Появление нового логотипа (Н-Опера Балет) прошло незамеченным, словно новая команда и сама сомневалась в его целесообразности на данном этапе (напомним, что впервые он появился на ноябрьском фестивале «Болдинская осень».) Сам логотип, по нашему мнению, не совсем удачен: не очевидно, что это именно русская буква (а не английская), и уж совсем не очевидно, где находится этот Н-театр (особенно для тех, кто не живет в регионе или, тем более, в стране.) Поклонники театра уже успели поиронизировать над ним, прочитав логотип как «аж опера, аж балет». Если так хотелось соответствовать (хотя бы в названии) известным региональным театрам страны, таким как Пермь Опера Балет или Урал Опера Балет, то не логичнее было бы развивать именной бренд театра — Пушкин Опера Балет/Pushkin Opera Ballet, а может и назвать театр Пушкинским?

Плюсы и минусы карантина
В целом, театр пережил это время достойно, не потеряв контакта с публикой, и более того — сделав этот контакт более тесным, живым и информационно насыщенным. Начиная с марта, когда театр ушёл «на карантин», усилилось его присутствие и формы работы с аудиторией в интернете, в первую очередь, в соцсетях. Правда, самая значительная форма взаимодействия — собственно видео-трансляции спектаклей — вызывает немало нареканий. При просмотре приходилось сталкиваться с тем, что спектакль «порезан» на действия, которые даны как отдельные кейсы, а не единым потоком; в начале отсутствует «заставка» с информацией о спектакле, годе записи и исполнителях действующих лиц; само качество с отсутствием разнообразных планов, записанное как бы с одной точки (и с ощущением, что на бытовую камеру), конечно, оказывает снижающее впечатление на восприятие спектакля. На контрасте выпускаемые в период самоизоляции ролики демонстрировали совсем иное качество «картинки», поэтому будем уповать на то, что это золотое правило рано или поздно распространится и на весь видео-контент театра.

Резюмируя, можно сказать, что первый сезон показал достаточную активность новой творческой команды (за исключением оперной составляющей, которую мы оценим вероятно уже в новом сезоне), её желание реализовывать новые идеи. Что-то получилось, что-то пока нет. У новой команды по итогам сезона появился определенный кредит доверия среди публики и экспертов; позитивное в её восприятии, на наш взгляд, пока перевешивает. Другое дело, что в новом сезоне придётся решать острые проблемы, связанные в первую очередь с оперным жанром. И это не только проблемная постановка «Свадьбы Фигаро», но и пересмотр всего текущего репертуара, где доля спектаклей-ветеранов явно превышена (многие титульные названия сохраняются в театре уже на протяжении двадцати и более лет!) Как будет выходить из этого положения Александр Топлов, покажет следующий сезон, который в этом плане представляется даже более трудным и ответственным, нежели первый.

P. S. Все фото взяты с официального сайта театра operann.ru

Елена Прыткова

ВКонтакте Facebook Twitter Мой Мир Google+ LiveJournal

© 2009–2020 АНО «Информационный музыкальный центр». muzkarta@gmail.com
Отправить сообщение модератору