Романтические диалоги на фоне оркестра

Добавлено 18 января 2023 miarch

Михаил Архипов (дирижер), Зал Тольяттинской филармонии, Тольяттинская филармония, Владимир Спиваков (скрипка, дирижер)

Почему Шуберт и Салливан за один вечер? У программы есть историческая подоплека. При жизни австрийского романтика опубликованы были в основном его камерные произведения. Рукописи более масштабных сочинений хранились у друзей, не были знакомы широкой публике.
Британский композитор Артур Салливан (1842−1900) вместе с историком-музыковедом Джорджем Гроувом в 1867 году специально отправился на поиски «заброшенных сокровищ» в Вену, где они и обнаружили партитуры семи симфоний и музыки к драме «Розамунда» и, по сути, открыли миру симфонического Шуберта.
Автор программы, московский дирижер Михаил Архипов, считает, что между двумя композиторами, заявленными в программе, есть также параллели, касающиеся профессиональных «фишек»: «Во-первых, это оркестровые принципы. Англичанин так же, как и Шуберт, идет от вокального прочтения мелодии. В „Трагической симфонии“ Шуберта много внимания уделяется солирующим духовым, при этом струнные играют аккомпанирующую роль. Точно так же в увертюре к комической опере „Иоланта“ Салливана много солирующих и мелодически ведущих духовых инструментов. Во-вторых, у обоих авторов похожие ритмические находки и отношение к темпам. В-третьих, их объединяют романтическая образность и выразительность звучания оркестра».
Михаил Архипов впервые выступил в Тольятти и готовил программу с оркестром в течение недели. Выпускник Российской академии музыки имени Гнесиных, лауреат Всероссийского конкурса молодых дирижеров, проходил стажировку в Национальном симфоническом оркестре России (художественный руководитель Владимир Спиваков), выступал с различными российскими коллективами. Занимаясь оперным и симфоническим дирижированием, участвуя в фестивалях, Михаил посвящает время просветительской деятельности.
У молодого дирижера есть интересный проект по развитию оркестровой культуры в малых городах России под амбициозным (почти бетховенским) названием «Один против судьбы». Он предлагает провинциальным филармониям готовые программы с целью популяризации редко исполняемой музыки и повышения уровня мастерства местных исполнителей. Из десяти запланированных концертов реализовано уже шесть. Тольятти изначально не входил в этот список и возник почти случайно: филармония сама заинтересовалась программой.
***
В первом отделении исполнялись Симфония № 4 «Трагическая» и увертюра к опере «Розамунда» Шуберта. Четыре части симфонии представляют собой традиционный сонатно-симфонический цикл, а медленное вступление к I части восходит к традициям гайдновских «Лондонских симфоний». Композитор здесь только стоит на подступах к знаменитой «Неоконченной» симфонии и пробует развивать и всячески подсвечивать лирический тематизм, опираясь на традиционные классические принципы. Стоит сказать, что оркестр под управлением Архипова действительно звучал по-новому: не всегда стройно, но как-то более собранно и с насыщенной подачей звука.
Молодой дирижер сделал акцент на темпоритмической свободе, исходя из песенной природы творчества Шуберта. По его мнению, многие дирижеры трактуют симфонии раннего романтика в русле венско-классических или даже барочных традиций, устанавливая в исполнении довольно быстрые темпы без каких-либо отклонений.
Излишняя строгость и регламентированность темпов в исполнении вредит восприятию данной музыки, на его взгляд: «Темповые отклонения здесь неизбежны, ведь темы имеют вокальную природу, а без ускорений-замедлений, ритмической свободы музыка словно задыхается».
Чтобы песенное мелодическое начало проявилось в музыке и затронуло слушателей своими выразительными линиями, темпы были действительно немного замедленными, но отторжения у слушателей это не вызывало. Запомнилось Andante, где задушевная лирическая тема дважды контрастирует с бурными драматическими разделами. Дирижер потом в разговоре сравнил это с тем, как агрессивные сны вторгаются в спокойную дневную реальность. Порадовало, что в работе с оркестрантами детально прорабатывалась концепция исполнения, обсуждался образный строй. Каждый дирижер привносит свои детали в понимание произведения, у Михаила это получилось экологично, ведь музыканты старались донести его пожелания, это чувствовалось в их игре.
Увертюра к пьесе «Розамунда, принцесса Кипра» трактовалась в нежно-пастельных тонах. Тонкая поэтичная ткань этой музыки полна танцевальности. Интонации лендлера, вальса, польки, галопа сменяют друг друга, словно в карнавальном потоке. Если музыку симфонии слушателям преподнесли через призму драматического мировосприятия, через объемность мелодических линий и детальную проработку партитуры, то «Розамунда» стала островком релакса — как для слушателей, так и для исполнителей. Нарядная светлая оркестровка порадовала, а оркестранты тем временем постепенно переключались на еще более легкого и жизнерадостного Салливана.
***
Второе отделение посвящалось Салливану и его «солнечным» увертюрам. Органист, композитор, дирижер и исследователь творчества Шуберта сэр Артур Салливан мечтал стать маститым автором симфоний, а прославился благодаря многочисленным операм и опереттам в содружестве с либреттистом Гилбертом.
В молодости Артур был многообещающим разножанровым автором, которого высоко ценили Чарльз Диккенс, Джоаккино Россини, другие известные люди. В легком и коммерчески успешном жанре он, тем не менее, показал свою отличную академическую подготовку. В отличие от увертюр Кальмана и Штрауса, его вступления к операм демонстрируют разные подходы к самой драматургии «легкого жанра», его образности и музыкальным формам.
Увертюра к «Иоланте» имеет составную структуру, наполненную сказочными балетными темами, а в увертюре «Раддигор, или Проклятье ведьмы» роковая инфернальная тематика эксплуатируется на контрасте двух крупных разделов. Яркая морская образность проявилась в увертюрах к опере «Пираты Пензаса» и затем в «Корабле Ее Величества «Пинафор». Это стало хорошим финальным аккордом в знакомстве с неизвестным ранее Салливаном.
Слушатели охотно делились друг с другом звуковыми ассоциациями: кто-то уловил признаки «Синдбадова корабля» из «Шехеразады» Римского-Корсакова, кто-то опознал мелодику Исаака Дунаевского из фильма «Дети капитана Гранта». Были упомянуты и современные «Пираты Карибского моря». Таким образом, Британская империя задолго до флибустьерского бума вокруг героя Джонни Деппа предстала нам во всей красе благодаря корабельно-романтичной музыкальной «марине» композитора XIX века.
По сведениям, музыку Салливана использовали в кино, что неслучайно, ведь она очень иллюстративна. Думаю, на нее явно ориентировались и авторы первых англоязычных мюзиклов, так как композитор заложил высокую планку в трактовку комических и развлекательных сюжетов.
***
Вместе с редко звучащим Шубертом и совершенно новым Салливаном тольяттинцы оценили и приглашенного дирижера. Оркестр его принял, а за Салливана музыканты сказали отдельное спасибо.
«Что важно для развития оркестра? Знакомиться с новой музыкой или открывать нечто иное в той, что разучили ранее. Важно, чтобы дирижер и исполнители стали единомышленниками, ведь именно когда мы на одной волне, начинается настоящее творчество. Можно глубже понять стилистику произведения и его связь с современностью», — прокомментировал Михаил Архипов. Надеюсь, сотрудничество с ним оркестр Тольяттинской филармонии продолжит.

* Музыковед, преподаватель Тольяттинского музыкального колледжа имени Р. К. Щедрина.

Опубликовано в «Свежей газеты. Культуре» от 18 февраля 2021 года, № 4 (201)
Метки: Культура Тольятти, Музыка

ВКонтакте Facebook Twitter Мой Мир Google+ LiveJournal

© 2009–2023 АНО «Информационный музыкальный центр». mail@muzkarta.info
Отправить сообщение модератору