Александр Рамм: «Музыканту нелегко стать самим собой»

Добавлено 24 декабря 2014

Александр Рамм (виолончель)

Виолончелист Александр Рамм в Томске выступал пока дважды.

Музыкант — участник проекта «Звезды ХХI века», объединяющего талантливых молодых исполнителей. После первого концерта в городе уже появились те слушатели, кто стремился насладиться игрою именно этого музыканта. Мы выяснили у Александра, почему он не стал скрипачом, каковы томские зрители, и чем ему помогает в творчестве сборка мебели, а также кулинария.

--------

— Александр, ваша творческая судьба во многом сложилась благодаря энергии вашей мамы, известному кинокритику Виты Рамм?

— Многие изменения в нашей жизни происходили потому, что мама всегда умела разговорить любого человека! Например, я попал к своему педагогу, Марии Юрьевне Журавлевой, которая меня подготовила к поступлению в консерваторию, поскольку на конкурсе Чайковского в 2002 года моя мама случайно познакомилась с нею в зале. Тогда на сцене великолепно играл победитель следующего конкурса, а в тот момент просто 18-летний парень Сережа Антонов. Моей маме страшно понравилось, как он выступал. Она выяснила: рядом с нею сидит мама Сережи, известный педагог по виолончели, обучающая детей среднего возраста (до консерватории). Они пообщались, и в итоге я потом учился у того педагога 5 лет. Для меня мама — пример во всем, а главное — в жизненной энергетике! Она на моих глазах уже три раза начинала жизнь «с нуля». Я родился во Владивостоке, когда мне было 6 лет, мы с мамой и старшим братом переехали в Калининград. Там я поступил в музыкальную школу, казалось, обустроились, жизнь начала налаживаться, и тогда мой педагог сказал: если я хочу чего-то добиться, надо перебираться в Москву.

— И семья опять отправилась в новый город?

— Да, причем это было в непростом 1998 году. Мама, легко, хоть и с двумя детьми и маленьким чемоданчиком, переехала в столицу. Считается, в зрелые годы в Москве карьеру сделать уже нельзя, но она еще до моего рождения окончила ВГИК. Подняла все связи и вскоре добилась в узком кругу большой известности как кинокритик благодаря своей работоспособности и энергии. Работала обозревателем на «Эхо Москвы», в «Известиях», на портале «Профисинема». Сейчас она устала от Москвы, и мы с братом помогли ей переехать в Палангу, в Литву, откуда она родом. Но и там мама не может сидеть спокойно — пишет статьи. Для меня она пример! Мама столько сил вложила на меня… И до сих пор следит за моим развитием: когда звонит, спрашивает: «Что ты прочитал нового?», и очень расстраивается иногда, если мне нечем похвастаться. Сейчас читаю не так уж часто: и работы много, и надо уметь отдыхать. Какое-то время назад я пытался много работать. Результат оказался противоположным желаемому: голова кипела, руки не двигались, и ничего не получалось… Теперь научился правильно отдыхать и работать!

— Тогда расскажите: что для вас правильный отдых?

— В первую очередь это смена занятий. Я в последнее время полюбил собирать мебель! Считаю, это медитативное состояние. К примеру, Лев Толстой косил траву: и занят физическим делом, и в то же время можно поразмышлять. Я недавно собирал комод по текстовой инструкции: схем не было, только описание, полное терминов, всяких шпинделей и подобного. Не сразу понимал, что именно имеется в виду. Надо было все отмерять, просверливать дырки… Но справился, и мне действительно было интересно!

— Не опасно ли виолончелисту заниматься сборкой мебели?

— Опасно, но голова-то на плечах есть! Конечно, я не за все берусь, огромный шкаф раздвижной не соберу, для этого нужны особые навыки, но небольшой шкафчик, комод могу, если есть инструкция. Понимаю, в нашей стране это большая редкость, но я всегда сначала изучаю инструкцию, потом уже берусь за дело. А опасно многое — и водить автомобиль, и ходить по улице, но что поделать. Вот прыгать с парашютом я не собираюсь, это чересчур.

— Есть ли еще какие-то интересные вам виды отдыха?

— Кулинария! Я готовлю редко, но метко: последний раз порадовал супругу в ее день рождения. Она не очень хотела проводить праздник на кухне, я взял приготовление блюд на себя. Спасибо Интернету: если вас, как говорится, в «гугле не забанили», то можно найти рецепты даже для самых далеких от кулинарии и несообразительных людей, где все расписано с точностью до грамма и секунды. Даже для тех, кто встал за плиту впервые, информации будет достаточно. Я недавно увлекся готовкой, только года 1,5 назад. Но до этого любил экспериментировать, готовя яичницу, с разными добавками — сыром, овощами… Прежде думал, что у меня руки только для виолончели… Примерно в то же время я научился водить машину и с большим удовольствием теперь это делаю.

— Каким меню вы в итоге порадовали супругу?

— Часов пять провел на кухне, жена мне помогала, но только в мелочах. Все блюда получились, рецепты были хороши, никаких «первых блинов комом». Особо горжусь чизкейком с брусникой. Его я приготовил с бортами, все, кто его пек, знают, что их сложно делать, а у меня с первого раза все получилось, ничего не прилипло, хотя жена полагала, без специальной бумаги не выйдет. Я просто хорошо смазал форму маслом. Хотел еще по рецепту своей бабушки манкой посыпать, но ее дома не оказалось. Все равно у меня все получилось. Моя бабушка, царство ей небесное, готовила божественно! Она по профессии была филологом, великолепно преподавала во Владивостокском университете, ее очень любили студенты, а дома создавала кулинарные шедевры. У нее были особые рецепты, такие, как настоящий торт «Наполеон». Его она делала около 2 суток, взбивала вручную крем…

— Вы готовите часто?

— Нет, повседневно не смог бы этим заниматься, это рутина. А когда встаешь за плиту редко, то получаешь большое удовольствие от процесса, и лучший комплемент для повара — это съеденное мгновенно блюдо!

------

В 7 лет в скрипачи было поздно. Стал виолончелистом

— Когда вы поняли, что музыка — это не просто увлечение, а будущая профессия?

— Не вспомню определенного момента, но я выбрал стезю сам, что редкость. В Калининграде в нашем детском саду был концерт учеников местной музыкальной школы имени Глиэра. Я понимаю сейчас, что ансамбль был довольно странный: 8 скрипок и одна виолончель. Мне понравились скрипки, казалось, инструмент интереснее, ярче звучит. После того концерта стал целыми днями изображать дома скрипача. Маме это вскоре надоело, и она меня повела на день открытых дверей в музыкальную школу. На прослушивании проверили, есть ли у меня слух, чувство ритма, сказали, все здорово, но только тебе уже исполнилось 7 лет. Осваивать скрипку в этом возрасте поздновато, 6 — это максимум, а большинство скрипачей начинают в 4 года, тогда удается сформировать правильно сухожилия, выработать нужное положение руки. Про скрипку пришлось забыть, зато играть на виолончели можно начинать даже с 13 лет, так было у моего педагога. Для этого инструмента требуется более простая постановка руки.

— Как вы пережили «замену» инструмента?

— Сначала очень расстроился, но потом решил, что виолончель похожа на скрипку. Выяснилось, что, когда играешь на ней, можно сидеть на сцене. Единственная проблема, с которой я теперь постоянно сталкиваюсь, — это транспортировка инструмента. Для виолончели нужен отдельный билет в самолет! Она путешествует со мною рядом в «Боинге», а в аэробусе обычно удается разместить ее на полке для багажа, тогда освобождается одно место, и я удобно лечу, в комфортных условиях. С моим ростом 194 см обычно в самолетах не очень комфортно.

----

Каждый концерт событие

— Что в работе приносит вам главное удовольствие?

— Все, вообще все! Даже бессонные ночи с перелетами и игра на концерте в тот же день доставляют мне огромное наслаждение. Все сложности отступают перед музыкой. Если так совпадает, что я готов физически и технически, и вдохновение пошло, и публика хорошо принимает, то это счастье. Впрочем, мне очень нравится выражение одного моего дорогого друга, пианиста. Он говорит: если для тебя каждый концерт событие, неважно, сколько их в месяц, 5 или 30, то он и для зала станет важным.

— В чем тогда для вас заключаются главные сложности вашей профессии?

— В поиске себя. Нелегко быть самим собой, особенно учась в консерватории. Что бы я ни придумал, убедить педагога в этом не смогу, поскольку он опытнее, он задавит авторитетом и объяснит, почему прав он. Но сейчас я прихожу к мысли, что не существует одной правды в музыке и в искусстве вообще. Имеет значение, насколько убедительно и натурально ты звучишь. Придумать можно что угодно, только если это неестественно, «как корове седло», то все услышат и не оценят «оригинальность ради оригинальности».

— Вы до сих пор учитесь?

— Я в консерватории в Москве у профессора Натальи Николаевны Шаховской в ассистентуре-стажировке, только не спрашивайте меня, что это такое! Система образования постоянно меняется. Но берлинскую аспирантуру в классе профессора Франса Хельмерсона я в июне окончил, это другая ступень.

— Вам нравится учиться, или для музыканта это необходимо?

— Нужно всю жизнь учиться, нужно, чтобы тебя слушали со стороны большие музыканты и предлагали что-то. Я уже волен прислушиваться к их советам или нет, но должны звучать предложения, мнения других людей.

-----

В Томске умеют слушать музыкантов

— В Томске вы уже не первый раз?

— Второй, до этого выступали с супругой, приезжали осенью, в сентябре. Тогда не было такой… зимней погоды. Наконец я узнал, что такое настоящий сибирский мороз! Раньше ездил в эти края только весной и осенью. Выступал однажды в Мурманске в январе, но там только минус 15 было, не минус 30.

— Какие ощущения остались от томской публики?

— На наш первый концерт пришло не слишком много народу, но мы все равно очень старались. Считаю, если даже один человек в зале, он же хотел нас услышать, значит, должен получить удовольствие от концерта. Единственное, сложно работать, когда у тебя мало слушателей. Это же энергообмен, и чем больше людей в зале, тем легче. Экспериментальным путем установил: иногда за кулисами стоишь, кажется, сейчас упадешь, заснешь после тяжелого перелета, но выходишь на сцену на «морально-волевых», как говорится, и, получив отдачу от публики, после концерта чувствуешь себя таким бодрым, словно выспался на годы вперед! Правда, потом наступает резкий спад. А о Томске запомнилось, что те герои, кто пришел на наш концерт, компенсировали свою малочисленность горячим приемом. Понимаю, что не от нас зависит, сколько придет людей на концерт, пока мы молодые музыканты, нас немногие знают…

— После первого выступления вас уже запомнили, звонили и спрашивали о концерте…

— Наверное, мы понравились, раз нас готовы еще раз слушать! Помню, зал был потрясающий, и завершился тот концерт душевной встречей со зрителями.

Виктория ЦВЕТКОВА.

tomsk.mk.ru

vkfbt@g+ljpermalink

© 2009–2016 АНО «Информационный музыкальный центр». muzkarta@gmail.com
Отправить сообщение модератору