Валерий Гергиев: «Нужно бороться за то, чтобы музыка пришла в школы»

Добавлено 18 сентября 2013

Валерий Гергиев (дирижер)

Маэстро - о том, как сделать так, чтобы ручеёк талантов в России вновь стал рекой

Фото: www.russianlook.com


«Мне кажется, международная репутация России крепнет, только когда мы спокойно, но очень чётко и уверенно напоминаем миру, что в международном сообществе есть определённые правила игры», - уверен глава Мариинского театра Валерий Гергиев.


Наступивший театральный сезон для него особенный - 25 лет назад, в сентябре 1988 г., его избрали (не назначили, как в прежние времена!) главным дирижёром тогда ещё Кировского театра. Не менее особенным стало и открытие нового сезона Мариинки-2. Почему в этот день прозвучала мировая премьера оперы «Левша», которую композитор Родион Щедрин написал специально для этой сцены, о том, тяжело ли столько лет находиться на передовой культурного фронта и нужно ли стрелять в своё прошлое, шла речь на традиционном чаепитии в гостях углавного редактора «Аргументов и фактов» Николая Зятькова.

На останках империи


- «Левша» - это же глубоко русская история, - говорит Валерий Гергиев. - Лесков, гений слова, написал о том, как мастер из Тулы, почти моцартовской одарённости, находится на пике своих человеческих и творческих возможностей - и оказывается забит до смерти людьми в государственных погонах. Плюс грандиозная музыка Родиона Щедрина. Получился спектакль-притча. Он поставлен не для того, чтобы напомнить миру, что Россия плохая. Нет, он о том, что Россия - страна огромного количества одарённых людей. Это и есть то главное богатство, которым располагает держава.

Николай Зятьков, «АиФ»: Согласен, Валерий Абисалович, талантов у нас много. Но на деле-то эти таланты, звёзды оперы, классической музыки, балета, получают намного меньше, чем футболисты, к примеру. И часто к нам в редакцию приходят письма, в которых читатели недоумевают: как же так, человек вынужден десятилетиями учиться на музыканта, потом совершенствоваться, держать планку, а миллионы при этом платят тем, кто не имеет образования, но хорошо бьёт по воротам? «Наш век короток», - говорят спортсмены. А у балетных танцовщиков он разве длиннее? Видимо, что-то в мире сломалось, пропорции какие-то нарушились, потому что массовый зритель хочет именно этих зрелищ - футбол, теннис, бейсбол. И, соответс­т­венно, туда идут деньги.

В.Г.: Мне кажется, это тенденция мировая, а не исключительно российская. Просто в России всё приобретает несколько уродливые формы. Не будем говорить сейчас об этих переплатах. На мой взгляд, в стране сегодня одновременно происходит очень много хорошего и очень много тревожного. Мы на пере­путье. Умная сторона нашей действительности - попытки чётко выстроить государственный бюджет. И очень мрачная история - как этот бюджет разлетается по разным карманам. Это, пожалуй, самое тяжёлое из того, что я вижу сегодня.

Н.З. «АиФ»: Да, в прошлые десятилетия денег особо не было. У всех было одинаково скромненько и бедненько.

В.Г.: Пытались, я думаю, и тогда ловчить. Особенно в трудные 90-е - тогда шло отгрызание у страны необъятного советского экономического «чуда». На останках той, советской, империи возникали не всегда чудесные экономические варианты. Зато на этих вариантах можно было чудесным образом разбогатеть.

Мы, артисты, тогда не могли да и не должны были об этом думать. Задача перед нами тогда стояла простая - сохранить костяк коллектива. Я же очень хорошо помню свой первый сезон. Сентябрь 1988 года, времена Горбачёва. Помните, тогда коллективы сами избирали себе руководителей? Время было достаточно беспокойное - последние советские военнослужащие тянулись из Афганистана. И было ощущение горечи от этого очень неудачного военно-политического эксперимента, от этого почти унизительного возвращения, как нам казалось, победоносных войск. Ведь мы же видели эти парады на Красной площади, и наша военная мощь никогда не вызывала сомнений абсолютно ни у кого… Я в этом мало что понимал, но, как и миллионы других, чувст­вовал, что произошёл какой-то надлом, что в обществе образовалась трещина, которую вот так сразу залатать не удастся ни верхам, ни низам… Однако мы в Кировском театре взялись за работу достаточно рьяно, противопоставили себя этому процессу хаотического бесконт­рольного сползания не только к без­денежью, но и к беспринципности, к сдаче позиций.

Источник фото: russianlook.com

Н.З. «АиФ»: Все эти 20 с лишним лет вы боролись против вала бескультурья. Но ведь мы и сейчас продолжаем с этим сталкиваться. Когда часть людей отходит от культуры совсем или уходит к какой-то сурро­гатной культуре. Да, вы многого добились. Но и враг - бездуховность - только крепчает.

В.Г.: Согласен, зло с лёгкостью врывается в жизнь наших детей, и молодёжь оказывается подвержена колоссальным рискам. Задача огромного коллектива Мариинского театра, где работает уже около 3 тысяч человек, - спокойно, методично расширять как армию любителей музыки и театра вообще, так и знатоков изумительной русской музыкально-театральной традиции.

Скажем, Венский филармонический оркестр каждый год 1 января даёт концерт, где исполняются вальсы, польки, марши Штрауса. Так они напоминают всему миру (а аудитория собирается многомиллионная) о том, что вот есть такая величайшая золотая традиция австрий­ской музыки. Но ведь у нас такая традиция тоже есть!

Сдержать наступление зла


Н.З. «АиФ»: Валерий Абисалович, в наших с вами беседах мы постоянно поднимаем эту тему - духовное развитие страны. Вы для этого делаете очень много! Но понятно, что вы не можете охватить всё. Даже если вы в 3-5 раз увеличите интенсивность своей работы, съездите с концертами в десятки регионов и городов, всё равно эту необразованность духовную, засилье попсы, равнодушие в одиночку победить не сможете. Что здесь можно сделать на уровне государства?

В.Г.: Да, я могу выступать в России 100-120 раз в год. И буду, если позволит здоровье. Трудно назвать регион, где мы ещё не были или не планируем побывать. Мы приехали в Крымск сразу после той трагедии. Обязательно побываем на Дальнем Востоке, найдём возможность протянуть руку помощи постра­давшим регионам. Скорее всего, и финансово поддержим восстановление музыкальных школ. Мы в этом плане не глухие музыканты. В нас огромной болью отозвалось известие о гибели во время наводнения людей в Крымске. Мы с Анной Нетребко тогда решили взять шефство над школой искусств, которую там смыло. И в этом году я с ужасом следил за происходящим на Дальнем Востоке. Боялись только одного - чтобы люди не погибли.

Н.З. «АиФ»: Но мы с вами говорили о борьбе не со стихией, а с бездуховностью…

В.Г.: Отвечу. Нам - Мариинке, Большому театру, другим коллективам - сейчас думать надо о благотворительных акциях, особенно для школ и вузов. Либо они к нам, либо мы к ним. Давать на этих концертах или спектаклях надо и Прокофьева, и Стравинского, и Шостаковича, и Чайковского, и Моцарта, и Верди - всё! В день открытия новой сцены на заседании Попечительского совета Мариинского театра мы озву­чили обширную программу, реализация которой привлечёт в Мариинский театр школьников и студентов не только из Санкт-Петербурга, но и из Вологды, Череповца, Великого Новгорода, Пскова, Мурманска, Архангельска, Выборга и даже Калининграда. Другими словами, огромного Северо-Западного региона. Президент страны предложил и Министерству культуры, и Министерству образования, и членам Попечительского совета Мариинского театра поддержать нас в реализации этой программы. Мы ждём этих встреч с громадным интересом. Это то, что по-настоящему увлекает меня.

Источник фото: russianlook.com

Н.З. «АиФ»: Вы имеете в виду концерты Мариинки в обычных общеобразовательных школах?

В.Г.: На мой взгляд, не надо делить школы на музыкальные и образовательные. Музыка должна быть везде! Реформа общеобразовательной школы обязательно приведёт к тому, что 2 часа в неделю наши дети будут посвящать музыке - это могут быть песни, популярные мелодии, какие-то самые знаменитые образцы из русской музыкальной традиции XIX века или той музыки, что создана в XX столетии. Нельзя зачёркивать эти 70 лет! И факт, что Прокофьев был отмечен Сталинской премией, не говорит о том, что он был плохим композитором. Он был великим композитором, величайшим! И то, что Шостакович выступал на Съезде советских композиторов, а Щедрин возглавлял Союз композиторов, совсем не доказательство того, что они делали что-то неправильно. Нельзя огульно пришивать ярлыки! Это вообще глупо - огульно осуждать всю страну. Жизнь меня приучила и к тому, что надо уважать свою историю - и глубокую, древнюю, и недавнюю. Как говорил Расул Гамзатов: выстрелишь из пистолета в своё прошлое - будущее выстрелит в тебя из пушки!

Н.З. «АиФ»: Вы надеетесь, что в школе будет 2 часа музыки. Но реформу эту проводят чиновники - министры, аппаратчики. И пока не видно, чтобы они как-то были заинтересованы в расширении музы­кального образования. Максимум, что они могут сделать, - это дать какой-нибудь тест: назовите имена русских композиторов и т. д. Возможно, пробивать это придётся вам и вашим коллегам.

В.Г.: Мне кажется, что главное, за что стоит бороться, - это за то, чтобы музыка пришла во все школы. Чтобы у родителей не возникало желания так поставить вопрос: «Кто такой Пушкин? Кто такой Чайковский? Есть список, в котором сто миллиардеров. Я хочу, чтобы мой ребёнок был там, в этой сотне. А Пушкин - его вы оставьте себе. Вместе с Чайковским и Прокофьевым». Вот до этого мы не скатимся! Вспомните, когда мы учились (а это были 60-е годы), мы же не выбирали, заниматься нам рисованием или петь в хоре. Было всё: уроки физкультуры - помню, уроки литературы - помню, рисование - помню. Пение в хоре помню очень отчётливо. Даже фамилию не забыл - Стаценко. Мой первый дирижёр, под руками которого я пел. И поразительно, что наш сводный хор из общеобразовательной школы потом пел в филармонии во Владикавказе, где, казалось, должен был петь профессиональный хор! То же самое происходило где-нибудь в Ростове-на-Дону, в Кемерове, Киеве, Минске - на всём огромном пространстве Советского Союза. Едва ли не каждый второй победитель международных конкурсов по всему миру был тогда советским студентом или даже школьником-старше­классником. Была налажена сильнейшая в мире система подготовки, скажем, юных пиа­нистов, так же как, например, шахматистов. Вы помните?

Н.З. «АиФ»: Конечно!

В.Г.: Наши юные музыканты играли против остального мира - и выигрывали! И при этом надо понимать, что и в Аргентине, и в Польше, и в Китае всегда существовали замечательные музыканты. Но наши представляли более мощную образовательную систему. И в Москву, и в Ленинград тогда тёк неостановимый поток - каждую неделю прибывал ещё один потрясающий, одарённый молодой пианист. Это уже потом они стали уезжать на Запад. Но основу-то они получили в СССР. Сущест­вовал глубоко продуманный, очень грамотный, мощный процесс образования. И уроки пения тогда не выгоняли в музыкальные школы.

«Дороже детей нет ничего!»


Н.З. «АиФ»: Вы сейчас обозначили ещё один канал проникновения культуры в общество - через школы. А я хочу вспомнить пример Запада: там в любом населённом пункте свой маленький оркестр. И везде в них участвуют дети. Наверное, можно использовать в том числе и опыт Запада?

В.Г.: Скажу сразу: наши дети ничуть не менее одарены и ничуть не менее обласканы. Но я прекрасно знаю, что во многих регионах России, во многих городках, деревнях ситуация плачевная. Мы с этим сталкиваемся, когда путешествуем с гастролями. Объехали всё - от Якутска до Калининграда. И видим, что многое, многое ещё надо сделать. Мы, россияне, как привыкли? Есть начальник - он и сделает, есть президент - это его обязанность: страну улучшать. А ведь сейчас в мире происходят очень тревожные события - пожар в арабском мире, угрозы разбомбить, проучить, наказать. Я очень внимательно следил за тем, какие шаги предпринимал Путин: ему надо было и обеспечить стопроцентную подготовку, чтобы выдержать напор этой страшной стихии на Дальнем Востоке, и провести «двадцатку» с гордо поднятой головой.

Ведь голос России в последнее время звучит по-разному. Вспомните события в Ливии и вопросы, возникавшие в мире: а при чём тут русские, кто они такие? Мы будем поступать так, как считаем нужным, без учёта вашего мнения. В ситуации с Сирией этого пока не происходит - наш голос стал значимым. Мне кажется, международная репутация России крепнет, только когда мы спокойно, но очень чётко и уверенно напоминаем миру, что в международном сообществе есть определённые правила игры. Есть законы совместного проживания на этой земле, нарушать которые не дано никому. И мне кажется, в этот раз у Владимира Путина получилось довольно убедительно напомнить миру о том, что мы живём в многополярном пространстве.

Но вернусь к разговору о внутренних проблемах. Всё-таки хочется верить, что, если мы сможем отстоять в школах музыку, живопись, привести в школы театр, это поможет стране. Ну как можно допустить отсутствие уроков пения в школах, отсут­ствие хорового пения в стране православной культуры, где в каждом храме должен звучать хор? В каждом! К счастью, ситуация становится лучше: сколько храмов восстановили или по­строили заново! И теперь я бы хотел поговорить со Святейшим Патриархом о том, чтобы в этих храмах могли петь дети. Почему детские хоры в Германии, Англии могут петь в католических и протестантских храмах? Что есть в мире дороже детей? Ничего!

Но при этом мы не должны забывать, что мы великое сообщество. Но когда ты видишь в руках своих детей эти игрушки электронные, эту пальбу постоянную - ты тем более чувствуешь необходимость борьбы за культуру. Ну вот, заговорил почти как большевик - про необходимость борьбы.

Н.З. «АиФ»: Но она же действительно есть!

В.Г.: Она есть. И мы боремся, достаточно яростно, за те ценности, в которые верим. За эти миллионы новых людей, которые пока вообще ничего не открыли для себя в этом новом мире - в мире Прокофьева, Стравинского, в мире русской сказки. Я уверен: у нас прекрасная молодёжь, у нас очень много ярких, одарённых, умных и ответственных молодых людей. И следующие поколения будут не менее здоровыми нравственно. И шикарный детский хор по силам будет создать в любой деревне. Нельзя лишать их этой уникальной возможности - петь в хоре. Потому что в том числе и таким образом дети становятся Согражданами.

ЧТО ЕЩЁ НАХОДИТСЯ «ПОД ДЛАНЬЮ» ВАЛЕРИЯ ГЕРГИЕВА
Фестиваль «Звёзды белых ночей», Санкт-Петербург, создан В. Гергиевым в 1993 г.
Фестиваль «Роттердам филармоник - Гергиев фестиваль», Роттердам, создан В. Гергиевым в 1996 г.
Московский Пасхальный фестиваль, вся Россия, создан В. Гергиевым в 2002 г.
Всемирный оркестр мира - главный дирижёр с 1997 г.
Лондонский симфонический оркестр - главный дирижёр с 2007 г.
Мюнхенский филармонический оркестр - худрук и главный дирижёр с 2015 г.

Автор: Николай Зятьков

Опубликовано 18 сентября 13 (0:05)

Статья «Валерий Гергиев: «Мы, музыканты, не глухие» из номера: АИФ №38

http://www.aif.ru

vkfbt@g+ljpermalink

Комментарии

  1. абырвалг, 18 сентября 2013:

    Гергиев, конечно, ураган, но мне кажется, маловато для достижения цели концертов мариинки и создания церковных детских хоров. Фигуры такого масштаба, как Гергиев, Башмет и Мацуев способны повлиять на разворачивание бюджета лицом к образовательным программам на местах. А корреспондент - молодец. PS. Интересно, ВА в курсе, что финансирование ДШИ на местах постоянно репрессируется?

© 2009–2016 АНО «Информационный музыкальный центр». muzkarta@gmail.com
Отправить сообщение модератору